Помощь  -  Правила  -  Контакты

Поиск:
Расширенный поиск
 

 

*****

 Прости. Но наших амулетов –

Монет распиленных, браслетов
Расколотых - я не донес.
Их отбирали на заставах.
Я помню вечер. Скрип колес.
Кривых, немазаных и ржавых, 
И нашу тачку. Помнишь? Я
Бреду, согнувшись, Вавилоном.
Отец кричит: «Быстрей, семья!»,
И поворот завис над склоном,
Где нашей улице конец.
Перевалю – полноши скину.
Чей взгляд мне в спину?
Взгляд мне в спину.
«Быстрей, семья!» – кричит отец.
Вдруг это ты? Вот нехватало,
Ведь мы условились: без слез.
Но ты осталась, ты отстала,
Твой дом уже за два квартала.
Я оборачиваюсь: пес.
Ты что, проститься, друг ушастый?
Счастливый! Нам не по пути,
Беги домой, хвостом крути, 
По улицам, как прежде, шастай.
А мы уже три дня одни,
Мы слышим звук, и звук нас гонит.
Мы не такие, как они,
Как вы!
...Я, видимо, не понят.
Пошел! Ты слышишь? Я всерьез.
Иди отсюда! Слышишь? Двину!
Но взгляд мне в спину.
Взгляд мне в спину.
Я оборачиваюсь. Пес.
Булыжник медленно летит,
Собака поджимает лапу.
Мы повернули. Как по трапу.
Как ось проклятая хрустит!
И я бы отдал все, что вез,
Чтоб этого не слышать хруста.
Я оборачиваюсь.
Пес.
Я оборачиваюсь.
Пес.
Я оборачиваюсь.
Пусто.

(Борис Беркович)

 

 

Как выглядят голуби в разных странах мира Все мы привыкли к тому, что голуби на улицах наших городов являются главными попрошайками. В большинстве своём они уже даже не боятся людей, иногда не только прося, но даже требуя дать им угощение. Впрочем, как выясняется, в разных странах мира есть свои «голуби», и зачастую они даже не птицы.

 

Австралия.

 
Австралия. голуби, животные, прикол, юмор 
 
 
Классные, не правда ли?  Впрочем, там попадаются и такие.
 
Впрочем, там попадаются и такие. голуби, животные, прикол, юмор 

 

Европейские голуби.

Европейские голуби. голуби, животные, прикол, юмор 

 

Голуби в Эквадоре. Голуби в эквадоре. голуби, животные, прикол, юмор

 

Точно такие же голуби и в Мексике. Сказывается территориальная близость.

Точно такие же голуби и в Мексике. Сказывается территориальная близость. голуби, животные, прикол, юмор 
 
 
А вот венесуэльские голуби не смотря на то, что они тоже из Южной Америки, хотя бы имеют крылья.
 
А вот венесуэльские голуби не смотря на то, что они тоже из Южной Америки, хотя бы имеют крылья. голуби, животные, прикол, юмор 

 

Чего нельзя сказать о тайских голубях.

Чего нельзя сказать о тайских голубях. голуби, животные, прикол, юмор
 

Остров Рождества. Здесь голуби мало того, что без крыльев, так ещё и с клешнями.

Остров Рождества. Здесь голуби мало того, что без крыльев, так ещё и с клешнями. голуби, животные, прикол, юмор
 

Пожалуй, самые суровые голубы находятся в Бирме.

Пожалуй, самые суровые голубы находятся в Бирме. голуби, животные, прикол, юмор
 

Думаете снова Австралия? Как бы не так! Это Ирландия. На острове Ламбей там действительно много валаби.

Думаете снова Австралия? Как бы не так! Это Ирландия. На острове Ламбей там действительно много валаби. голуби, животные, прикол, юмор
 

Япония, лисья деревня Дзао. Мягкие такие, пушистые голуби.

Япония, лисья деревня Дзао. Мягкие такие, пушистые голуби. голуби, животные, прикол, юмор
 

А если вы когда-нибудь приедете в Новую Зеландию, то должны быть готовы, что голуби здесь выглядят именно вот так.

А если вы когда-нибудь приедете в Новую Зеландию, то должны быть готовы, что голуби здесь выглядят именно вот так. голуби, животные, прикол, юмор
 

Голуби в городе Нара в Японии.

Голуби в городе Нара в Японии. голуби, животные, прикол, юмор
 
 

Почему в пост повышается раздражительность?

Священник Андрей Лоргус. Правмир.

 
 
 
 
 

Что такое конфликт? Какова природа раздражительности? Всегда ли гнев – грех? На эти и другие вопросы отвечает священник и психолог Андрей Лоргус.

– Если человеку свойственно нередко попадать в конфликты, о чем это может говорить? Может быть о его гордости, немилосердии или, наоборот, о его положительных чертах, например, о том, что он не проходит молча мимо несправедливости?

Если человек попадает в конфликты – это значит, что он живой, потому что конфликт – это нормальное явление. Мы вступаем в конфликты в силу того, что мы разные. У нас разное отношение к миру, к себе, к тем состояниям, которые мы переживаем, поэтому неизбежны столкновения различных мнений, различных подходов, различных чувств и характеров. Сталкиваются два разных чувства, два разных интереса, два разных мнения – вот вам, пожалуйста, конфликт.

Выйти из конфликта – значит обогатиться знанием о том, что иные люди хотят жить по-другому, не так, как вы, и научиться принимать точку зрения других, научиться договариваться. Как два враждующих государства рано или поздно садятся за стол переговоров и договариваются о границах и взаимоотношениях, так и у людей любой конфликт завершается тогда, когда они садятся за стол переговоров и договариваются о том, как они будут дальше вместе жить. Или о том, что они разойдутся.

А существует ли тип конфликтной личности?

В психологии такого понятия нет, поскольку конфликтность – это симптом разных состояний. Конфликтной личностью называют обычно человека, который любит выяснять отношения, бывает навязчивым, раздражительным. Но это уже не конфликтность сама по себе, это другое качество, которое на языке психологии, психиатрии называется навязчивостью.

Есть люди, которые пытаются самоутверждаться за счет других. Это тоже может быть названо конфликтностью. Такой человек всегда вступает в самые разные споры только – для того, чтобы доказать свою правоту и таким образом самоутвердиться.

Могут быть и другие ситуации, например, когда раздражительность стала свойством характера.

В целом же можно сказать, что конфликтность – это нормальное свойство, но если человек слишком часто вступает в конфликты, значит у него есть внутренний конфликт с самим собою.

Чаще всего внутренний конфликт – это конфликт между идеальным «Я» и самооценкой. То есть я чувствую, что я гораздо хуже, чем хотел бы быть. Это вызывает во мне напряжение и раздражение собою. Поэтому при малейшем поводе я переношу это раздражение на других.

Если человек все время всех обличает….?

Частое обличение других – это способ самоутверждения. Кроме того, это может быть свойством конформистского характера, когда человек очень крепко держится за определенные правила, рамки, стереотипы, внешние нормы поведения. Этому человеку нужно все время кого-то обличать, чтобы поддерживать динамическое и устойчивое представление о собственных рамках и стереотипах.

Если говорить об оппозиции, то это подростковый симптом. Именно для подростка свойственно все обличать и быть всегда против. Это так называемый подростковый нигилизм, свойственный инфантильной личности взрослеющего человека.

У человека произошло «застревание» в подростковой позиции – всегда быть «против». Не важно, по какому поводу, главное – быть всегда в оппозиции. Типичный пример «застрявшего» в подростковом возрасте мужчины – доктор Хаус.

А почему происходит «застревание»?

Причин может быть очень много. Если брать Хауса, то, конечно, здесь играет роль глубокая психологическая травма, но на ее месте может быть и страх взрослого мира, и боязнь ответственности. А раздражительность – откуда

У раздражительности есть несколько конкретных причин. Самая главная – это наличие внутреннего напряжения. Внутреннее напряжение возникает у человека тогда, когда он занимает не соответствующее себе место. Например, берет на себя слишком тяжелую работу или выполняет работу, для которой он не приспособлен. У него нет способностей, нет знаний, нет умений. Или человек вынуждает себя терпеть какое-либо неудовлетворительное состояние, скажем, голод, холод, недосыпание. В этих случаях выстраивается следующая цепочка внутренних состояний: напряжение – раздражение – агрессия. То есть раздражение – это всегда показатель внутреннего напряжения.

Кроме того, к раздражению ведет внутри-личностный конфликт, когда реальное самоощущение не совпадает с идеальным «Я»: “Я хотел бы быть святым, но я, оказывается, простой грешник”. Тогда возникает внутренний конфликт, а от него происходит раздражение.

Раздражение может возникать и естественно, когда нарушаются мои личностные границы. Если начальникна работе все время повышает на меня голос или требует от меня делать то, что я не должен, например, заставляет меня заваривать чай или все время мной недоволен и ругает меня. Когда в мою комнату без стука входят родители. Когда моя жена контролирует содержание моего бумажника или моей переписки. В подобных случаях нарушаются личностные границы, и человек всегда раздражен.

Часто раздражение возникает в связи с духовной жизнью, когда человек берется за подвиг не в свою меру, не понимая даже внутренней сути этого духовного подвига, например, непрестанной молитвы. Для того, чтобы научиться молитве, необходимо много разных условий. Прежде всего, это знание своих основных страстей (о победе над ними в начале духовного пути речь еще не идет). Во-вторых, это, конечно, умение владеть собою, то, что святые отцы называли собранностью. Для того, чтобы непрестанно молиться, надо знать, как совершается молитва внутренним голосом, умом. А для этого требуется чистота ума и сердца. Если этих условий нет, то человек, который взвалили на себя такой подвиг, конечно, будет раздражен, потому что у него не получается, и он не знает, почему.

Причин раздражения, связанных с духовной жизнью, много, но все они проистекают от отсутствия опыта и послушания духовному руководителю, если таковой имеется.

С чем связана повышенная раздражительность во время постау некоторых людей?

Если человек не опытный в христианской жизни берется за строгий пост, то его раздражительность чаще всего будет гораздо выше нормы. Кроме того, он будет проецировать свою раздражительность на других людей. Неофит просто не знает, какие последствия в нем вызовет строгий пост. Более того, он не догадывается, что помимо поста в Церкви есть еще молитва, богослужение. И если степень поста не уравновешена молитвой или иным духовным деланием, то очень трудно его выдержать.

Пост создает некий вакуум внутри души, и его надо чем-то заполнить. Чем? Духовным содержанием. Когда у человека отсутствуют сенсорные ощущения вкуса, насыщения, радости от трапезы, у него образуется вакуум, недостаток простых чувств. Чем этот вакуум можно заполнить? Чем-то духовным, интеллектуальным: чтением, молитвой, богослужением. Может быть, даже стоит пойти на дополнительны курсы или послушать лекции, которые сейчас в большом объеме предлагаются каждому православному. Тем самым можно скомпенсировать тот внутренний вакуум, который образуется из–за поста. Ведь целью поста как раз и является создание некоего внутреннего пространства, куда может поместиться новое и ценное. Если же человек просто не ест и, сжав кулаки, терпит муки голода, то он не может быть не раздражен.

Пост заключается не в том, чтобы держать себя за руки и за ноги железными цепями. Этого напряжения личность все равно когда-нибудь не выдержит. И смысл поста не в том, чтобы вызвать внутреннее напряжение, а в том, чтобы приобрести новый опыт, духовный опыт. В данном случае пустота, голод – это почва для нового опыта, но не цель.

Если, например, в семье есть проблемный человек, который является источником постоянного раздражения, и изменить это нельзя, можно ли в таком случае справиться со своим раздражением?

Источник раздражения всегда внутри человека. Это не мама с папой, не жена или дети, а внутренняя точка напряжения в его душе, в его личности. Так что человек всегда может что-то сделать с этой точкой напряжения, главное разобраться, что это такое. И детский крик может не раздражать, а радовать, и стук в дверь престарелой мамы, которая еще раз пришла спросить, взял ли ты с собой на завтра теплые носки, может не раздражать, а умилять. Причина раздражения внутри души человека. С ней надо не бороться, с ней надо разбираться.

Что такое гнев – реакция на раздражение?

Иногда гнев может быть реакцией на раздражение, но бывает, что гнев является просто эмоциональной реакцией. Эмоциональная реакция – это естественная психологическая реакция, которая возникает в ответ на такие стимулы, которые у каждой личности особые. Оскорбление, унижение, агрессия, напор, нарушение границ может вызывать у нас гнев. Если гневливость – эмоциональная реакция, то эти вспышки проходят через пять-двадцать минут. Но гневливость может стать и чертой характера, тогда мы рассматриваем как страсть.

Отдельные вспышки гнева, наверное, дело житейское, не стоит о них и говорить?

Ну почему же. Они тоже имеют важное значение в духовной жизни. Если я пришел на работу голодный и замерзший и при этом застал в своем кабинете сотрудников, которые чаю не приготовили, задание не выполнили, и так далее, и не приму вовремя меры, чтобы не дать себе вспылить, – то это будет мой грех. Если я знаю, что у меня такое искушение может возникнуть, значит я себя должен, во-первых, сдержать, во-вторых, принять контрмеры, например, попить сладкий чай перед тем, как разговаривать с сотрудниками о работе.

Кто предупрежден, тот вооружен. Как Давид в Псалтири пишет: «уготовихся и не убояхся». То есть человек готовый и знающий, чего от себя ожидать, не попадается в эту ловушку.

Мне кажется, что особенность гнева состоит в том, что у него отсутствует такая стадия как «прилог». То есть за негативным событием сразу следует негативная эмоциональная реакция. Ни мозги, ни душа просто не успевают вклиниться между этими двумя событиями. Возможно ли затушить вспышку раздражения в таком случае?

В этом случае ничего нельзя сделать, поскольку это эмоциональная реакция. Но стоит знать, что мы попадаем в эти эмоциональные реакции с определенной закономерностью, а закономерность эта заключается в нашем предыдущем опыте. Если наша эмоциональная реакция зашкаливает, если она в несколько раз превышает стимул, то есть повод, по которому мы вспылили, не соответствует нашему гневу, – значит причина этой вспыльчивости лежит где-то в нашем прошлом опыте, и она не связана напрямую с данным событием. Значит надо искать причины такой эмоциональной реакции в прошлом опыте.

Если речь идет о сложной ситуации, в которой человек сам разобраться не может, надо обращаться к специалисту, идти на психотерапию. И медленно, шаг за шагом, разбираться, в чем причина этого внутреннего глубокого конфликта, напряжения.

А если гнев адекватен обстоятельствам?

«Адекватный» гнев также может привести к очень тяжелым последствиям. В гневе можно сказать лишние слова, обидеть кого-то. Поэтому лучше этого избегать. Если гнев в какой то мере адекватный, значит есть некая возможность избежать ситуаций, в которых я могу гневаться. Когда я знаю, что эта ситуация выводит меня из себя, и я ничего не могу с этим поделать, тогда надо предупреждать окружающих. Повесить на себя табличку «Осторожно, я могу сейчас взорваться».

Помимо собственной страсти, гнев провоцирует и еще и объективная несправедливость. Существует ли мера терпения несправедливостей? Некоторые подвижники намеренно устраивали свою жизнь так, чтобы рядом с ними находился гневливый человек. Значит ли это, что какую-то, хотя бы видимую, справедливость отстаивать вообще не надо, не надо защищать свои права, а надо смиряться?

Это очень разные понятия – смирение, справедливость, и отстаивание прав.

Каждый человек имеет право защищать свои права: человеческие, политические, профессиональные, семейные. Будет он это делать или нет – это его выбор. Есть люди, которые не защищают своих прав, страдают, но терпят. Есть люди, которые очень тщательно оберегают свои права.

Теперь по поводу смирения. Это святоотеческая добродетель. Смирение не является вопросом психологии, но тем не менее и в психологии есть понятие смирения. Оно означает признание и принятие себя таким, каков ты есть на сегодняшний день. Принятие не своих грехов и страстей, а себя. Это требует смирения, потому что я не соответствую собственному идеальному образу, который хотел бы иметь. Я такой, какой есть, например, маленький, горбатенький, сухонький и гугнивый. Принять себя реальным очень сложно, потому что мы все время о себе мечтаем. Это смирение в психологическом смысле. Я думаю, что с него начинается смирение духовное.

Относительно же справедливости можно сказать, что ведь ее вообще нет. Кто сказал, что справедливость существует? Даже само это понятие является не духовным, а социальным. Но и в социуме справедливости нет. И Бог не справедлив, но многомилостлив. Если бы Бог был справедлив, нас бы не было на этой земле. По справедливости мы давно должны были быть в геенне огненной, а мы ходим, радуемся и даже бываем счастливы. Это же Его милость к нам, а не справедливость.

Когда-то Бог пытался быть справедливым и учинил потоп, но потом сказал, что не будет больше таким. Он хотел быть справедливым, и Дафан и Авирон под землю ушли. Мы знаем примеры Божественной справедливости, трепещем от них и рассчитываем на Его милость к нам, а не на Его справедливость. И нет ничего более милосердного, чем пришествие в мир Сына Божиего, устроившего наше спасение. Поэтому поиск справедливости в этом мире – это, на мой взгляд, ложная идея. Ее нет. И отстаивать правду, отстаивать справедливость – это некая романтическая мечта, которая, к сожалению, сгубила многие жизни.

 

Пьяный командир, или Куда нас заводят чувства

Бесспорно, мир без чувств был бы пресен. Люди превратились бы в бесчувственных биороботов, которые ко всему подходят исключительно логически. Никто бы не мог ни посочувствовать другому, ни порадоваться за него. Люди взаимодействовали бы только по принципу «Ты мне – я тебе», подходили бы к вопросу выбора партнера сугубо рационально. Очевидно, что для того, чтобы жить полноценной жизнью, человеку необходимо и чувствовать, и применять логику. Так, в некоторых ситуациях мы не даем воли своим чувствам, держим их под контролем, рассуждая логически, что проявление чувств сейчас неуместно, нецелесообразно. В других ситуациях, напротив – чувства оказывают значительно большее влияние на наше поведение, чем разум. Например, в состоянии влюбленности. И то, и другое – нормально. Главное, чтобы чувства и рассудочная деятельность находились в некоем балансе, индивидуальном для каждого человека, уравновешивали друг друга.

Но в этом-то и заключается корень многих наших проблем: очень часто никакого баланса между логикой и эмоциями у нас нет. Чувства не просто преобладают, они ПРАВЯТ нашей жизнью. В настоящей беседе мы рассмотрим это явление подробнее, постараемся понять, почему подчиненность чувствам является проблемой, каковы ее причины и как ее решать.

Итак, как мы уже сказали, человек действует и в сфере логики, и в сфере чувств. Рассмотрим логическую сферу: Она более или менее объективна. Здесь людям не так трудно понять друг друга. Разбираясь в какой-либо проблеме и рассуждая при этом логически, находясь в диалоге, они вполне могут придти к какому-либо объективному выводу. Разумеется, эта объективность не стопроцентная, так как все наши мысли тоже носят в какой-то мере субъективный характер, отпечаток нашей личности. Но главное, что у каждого есть возможность понять размышления другого, согласиться с его логикой, признав верными те доказательства, которые он приводит, или, наоборот, опровергнуть эту логику, убедить собеседника в своей правоте, приведя необходимую информацию по рассматриваемому вопросу. В результате у людей появляется возможность договориться, придти к решению проблемы, в основном устраивающему всех.

Теперь рассмотрим сферу чувств. Эта сфера абсолютно субъективна. Если мы попытаемся каким-то образом определить, что мы подразумеваем под чувственным восприятием конкретного человека, мы можем сказать, что это своего рода «проекция» данного человека на плоскость нашего личного мироощущения. Один и тот же человек может вызывать у разных людей противоположные чувства. Кому-то он покажется злым и неприятным, а другой скажет: «Хороший человек, сразу видно, добряк». При этом ни тот, ни другой свои чувства объяснить не смогут.

Если двое будут говорить о чувствах, они никогда не придут ни к какому общему выводу, так как у каждого эти чувства свои. Подчеркнем, что чувства другого нельзя понять полностью, или даже в значительной степени. Нельзя их ощутить так же, как он, пережить так же, как он. И измерить их никак нельзя. Да, мы можем в большей или меньшей степени понять поступки человека в конкретной ситуации, его мотивацию, но не чувства, ведь чувства, в отличие от логического мышления, иррациональны. Когда мы говорим, что понимаем чувства другого, мы заблуждаемся. Мы можем лишь (и то не всегда) представить себе, а что бы мы чувствовали, оказавшись в аналогичной ситуации. Но при этом вполне может быть – да и бывает очень часто – что человек испытывает совершенно другие эмоции, нежели мы, другого рода чувства, вплоть до противоположных. В частности, невозможно понять боль другого, ведь у всех разный болевой порог, и то, что для нас вполне терпимо, для другого может быть причиной потери сознания. Так же невозможно понять восприятие вкуса, запаха, звука другим человеком – «на вкус и цвет товарищей нет».

Кроме того, что чувства иррациональны и субъективны, они еще и обманчивы. Очень легко оказаться обманутым как своими собственными чувствами, так и своими ощущениями по поводу чувств другого. Почему? Потому, что, например, говоря «люблю», каждый вкладывает в это слово нечто свое, свое понимание любви. А тот, кому адресованы эти слова, естественно, понимает их иначе, как-то по-своему. Ведь двух одинаковых чувств у разных людей не бывает.

А уж если речь идет о таком сложном состоянии, как любовь… Под любовью можно понимать даже практически противоположные вещи. Один говорит: «Она мне нужна, я не могу без нее. Она для меня как наркотик. Значит, я ее люблю». А другой скажет иначе: «Я для нее готов горы свернуть. Я ей и в этом, и в этом, и во всем готов уступить, пожертвовать своими интересами и амбициями, только чтобы она была счастлива. Ведь я ее люблю». Что именно вкладывает конкретный человек в слово «люблю» - никому, кроме него самого (да и то не всегда), до конца не понятно. В итоге, волей-неволей, мы нередко оказываемся обманутыми своим видением чувств другого, и это в определенной степени неизбежно.

Но почему же мы обманываемся не только чужими, но и своими чувствами? Во-первых, потому, что они непостоянны. Они все время меняются. Сегодня нам кажется одно, завтра другое. Сегодня мы говорим о любви, завтра – о равнодушии и раздражении в отношении того же человека… Значит, пора расставаться?? А что же мы почувствуем послезавтра? Может, прежние чувства вернутся… а может и нет.

А во-вторых, мы обманываемся своими чувствами потому, что хотим этого. «Ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад» (Пушкин). Мы вполне можем внушить себе желаемые в какой-то конкретной ситуации чувства, а дальше действовать, исходя не из логики, а из этих чувств. И часто мы именно так и поступаем, «творим» свои эмоции сами, по своему желанию.

Все сектантство построено именно на этом обмане чувствами. Сектанты индуцируют друг друга своими эмоциями, своими «особенными» ощущениями о мире, о Боге: один человек рассказывает другому о своих чувствах в отношении смысла жизни, веры, Творца, причем весьма убедительно, о своем нереальном мире, в котором он живет, принимая его за реальный… Таким образом он влияет на своего собрата-сектанта, постепенно внушает и тому такие же чувства, такие же взгляды на мир и на себя; далее, видя в нем те же чувства, что и в себе, он считает это подтверждением их «правильности». В итоге все члены секты влияют друг на друга, вследствие этого их ложные представления о действительности укрепляются, и они так и живут в своем иллюзорном мире, пытаясь втянуть в него всех окружающих.

Наиболее очевидным в свете этих рассуждений представляется такой вывод: при решении сколько-нибудь важных вопросов – таких как создание и сохранение семьи, воспитание детей, выбор жизненных приоритетов – доверять только чувствам нельзя. Жить только чувствами – это тупиковый путь. Мы не будем видеть реальности.

Чтобы пояснить, приведем краткие примеры.

1. «Мне КАЖЕТСЯ, что я не хуже других. (Обратим внимание на слово «кажется»). Я действительно это ЧУВСТВУЮ. Да, я не могу подкрепить это фактами, логикой, но я никому не позволю в этом сомневаться!» (Это, в частности, обычное ощущение сторон при разводе).

2. «Мне КАЖЕТСЯ, что я в этой конфликтной ситуации знаю больше, чем другой, что я правильно ее оцениваю. Я не могу это объяснить, не могу доказать, но я это ЧУВСТВУЮ, у меня такое внутреннее ощущение».

3. «Мне КАЖЕТСЯ, что я имею в данной сфере невероятный талант. Я это ЧУВСТВУЮ, и неправы все те, кто мой талант не хочет признать, кто не видит, что я гений. Я очень страдаю от того, что меня недооценивают!».

4. Человек, находящийся на лечении в психиатрической больнице, искренне считает себя Наполеоном, ему так КАЖЕТСЯ. Он не издевается над окружающими, не куражится, а вправду ощущает себя Наполеоном. Он себя им ЧУВСТВУЕТ, несмотря на то, что кроме него, никто Наполеоном его не видит.

5. «Мне КАЖЕТСЯ (более того, я себя в этом успешно убеждаю), что я люблю этого человека. Я в этом уверен(а)». – Почему ты решил(а), что любишь его(ее)? – «Я это ЧУВСТВУЮ!» – «А тебе нравится его поведение по отношению к тебе?? Ты посмотри, как он к тебе относится!» – «При чем здесь твои рассуждения? Я-то лучше все про себя знаю, я ЧУВСТВУЮ, что люблю. И ЧУВСТВУЮ, что он меня любит!» – «Да он же тебе изменяет, человеком тебя не считает, уйти от тебя хочет!» – «А я ЧУВСТВУЮ, что он меня все-таки любит, что он ко мне вернется, обязательно. И я буду его ждать».

Теперь посмотрим, как чаще всего развиваются семейные скандалы. Люди, пытаясь выйти из ситуации кризиса, начинают действовать, основываясь только на своих чувствах. Каждый старается навязать другому свои чувства, которые тот не может понять (и не стоило бы от него этого требовать). Начинается война. И люди уже ни о чем не могут договориться, потому что нет понимания, ни один из них не может ощутить то же, что и другой. В этом-то обычно и заключается проблема – они опираются не на рассудок, а на чувства. При этом каждый уверен, что его чувства «правильные». Если на первоначальном этапе ссоры еще иногда присутствует логика, то далее она уже отключается. Эмоции напирают, при этом они не доходят до другого – так как он просто не в состоянии их понять – и от этого еще больше нарастают. Оставив позади первый этап конфликта, люди тут же оказываются вовлеченными во второй, третий… Конечно, ни о каком решении семейной проблемы, вызвавшей эту «войну», тут уже говорить не приходится. Наоборот, к очередному этапу конфликта оба партнера подходят с еще большим багажом обид, упреков и чувства вины.

Итак, бездумное следование чувствам приводит к плачевным последствиям. Есть и еще одна важная причина, почему опасно верить своим же собственным чувствам. Наши чувства всегда окрашены добром или злом, нейтральных чувств не бывает. Добрых чувств у нас не так много – любовь, сострадание, патриотизм, благодарность, благоговение, раскаяние. Вот в основном и всё. Злых куда больше – чувство собственной важности (предвестник мании величия), обида, ненависть, гнев, жажда мести, зависть, жадность, жалость к себе, тщеславие, уныние, страх… и много других. Так устроен человек, что именно через чувства в нас входят добро и зло. И когда мы не следим за дверью своей души, злые чувства входят чаще. Вот как пишет об этом великий знаток человеческой души (авторитет которого в этой сфере признается даже неправославными психологами), святитель Феофан Затворник: «Есть около нас и в нас какая-то дурная сила, которая разными призрачными добротностями вводит нас в обман и путает дела наши… Сидит враг под боком и все подталкивает под руку. И огорчения, им возбуждаемые, и дурацкие его утешения он умеет так закрывать призрачностями, что, ничего в них не видя определенного, думают, однако ж, что они суть нечто великое. А стал разбирать – все разлетится, ни горя, ни утешения нет там, где их указывались горы. Все обман. Много помогает… свое рассуждение: то, чтоб не сразу делать всякое показавшееся хорошим дело, а наперед обсуждать его всесторонне. Когда станете обсуждать, призрачность добра, какою облекает враг свои внушения, тотчас рассеется».

Поэтому нам столь необходимо трезвое видение и оценка себя, так называемое трезвение (трезвость). Трезвение – это, как говорят святые отцы, твердое стояние разума у дверей сердца. Трезвый взгляд на себя и на ситуацию является основой для принятия верных решений, в том числе в ситуации кризиса. Мы всегда должны действовать, исходя из адекватного представления о себе. Посмотрим, как дети умеют перевоплощаться. Вот ребенок изображает, например, лошадку: он ржет, как лошадка, он ходит на четвереньках, он не отзывается на свое имя… он реально чувствует себя лошадкой. Так же и взрослый человек может, оторвавшись от действительности, углубиться в свои фантазии, настолько же реально почувствовать себя умным, великодушным, гениальным… или наоборот, «плохим» и ненужным. Естественно, что все это отражается и на его поступках. К сожалению, у многих вообще нет опыта трезвой оценки себя.

Живя чувствами, человек открывает дверь главному своему врагу – гордости. Гордость – это искаженное представление о себе, ощущение себя таким, каким не являешься на самом деле. Человек фантазирует о себе что-то, начинает сам в это верить, чувствовать себя особенным, «самым-самым». Он уже не проверяет выводы о собственной исключительности ни логическим рассуждением, ни сравнением себя с другими людьми, ни практикой. Он доверяет своим чувствам. Естественным образом у него возникает мысль, что его близкие его недооценивают, не уважают, появляется желание «все бросить и уйти». Это может, в частности, стать причиной распада семьи. Если бы человек рассудил логически, подумал, проанализировал свои поступки – он бы увидел, что он вовсе не «самый-самый», он бы не нашел этому доказательств. Но он живет своим чувством, а не разумом, в своем придуманном мире, ему невозможно объяснить, что он в чем-либо неправ, он просто не будет слушать.

Гордость – прямая причина эгоцентризма и эгоизма. Человек себе внушил, что вся вселенная вращается вокруг него, жизнь других людей ему неинтересна, он – самодостаточный мир. Подтверждения своей значимости он при желании найдет, нафантазирует; кроме того, он может вступить в какую-либо группу, в которой все будут подтверждать его значимость (например, стать скинхедом). В случае, если представления о мире уже извращены до крайности, человек может подтверждать свою значимость и таким способом, как совершение преступления, в частности, изнасилования. При этом ему будет казаться, что это доказывает его «крутость»… Как мы видим, слепое доверие своим чувствам вовсе не так безобидно, как кажется на первый взгляд.

Кроме того, что мы творим кумира из себя, взращивая гордость, мы, опираясь на чувства, творим кумиров и из других людей. Внушаем себе желаемые чувства по отношению к кому-то, начинаем этим чувствам верить, упиваться ими. Часто нездоровую зависимость мы принимаем за любовь, боготворим объект нашей привязанности. Если бы мы анализировали поступки этого человека, например, что он живет только для себя, злоупотребляет алкоголем, изменяет, строить семью не собирается и т.д. – мы бы поняли, что нам эти отношения не нужны, их лучше разорвать как можно скорее, они нездоровые. Но мы не применяем логику, мы отдаемся чувствам. Даже если это приносит нам страдания (как это и бывает чаще всего).

Есть и еще одна проблема, связанная с преобладанием в нашей жизни чувств. Это навязчивые мысли. Наши бурные эмоции, фантазии, способность внушать себе практически все, что угодно, наше неумение рассуждать логически и контролировать свои чувства – это прекрасная питательная среда для навязчивых мыслей, так как эти мысли воздействуют напрямую на чувства, вызывают у нас прежде всего эмоциональный ответ, а не трезвое размышление. В итоге, чем больше мы придаем значения своим эмоциям, вызываемым навязчивыми мыслями, тем больше эти мысли владеют нами. 

Подведем итоги. Как мы выяснили, необходимого баланса между эмоциями и логикой у нас, как правило, нет. Картина, которую мы наблюдаем в современном мире – это всеобщая подчиненность чувствам и отключение рассудка. Нашей жизнью управляют чувства, именно им мы верим, принимая серьезные решения. Но в силу того, что чувства субъективны, иррациональны, обманчивы и непостоянны, безоглядное следование им искажает наше видение мира, не позволяет нам адекватно оценивать различные жизненные ситуации, мешает формированию трезвого взгляда на себя, трезвой самооценки, способствует развитию гордости, самомнения, а также нездоровой психологической зависимости от других. Поэтому наши решения, принятые на основании чувств, чаще всего заводят нас в тупик.

Сложившуюся ситуацию, то есть господство чувств в нашей жизни, можно проиллюстрировать следующей метафорой.

Реальность никто из нас не постигает до конца. Но мы можем ее исследовать, чтобы составить себе некое представление о ней. Для того, чтобы познавать себя и окружающий мир, мы пользуемся, в том числе, чувствами – зрением, слухом, осязанием и др. Если у человека плохое зрение, он носит очки, подобранные специалистом именно так, чтобы выровнять зрение до стопроцентного. В очках он видит четче, ярче, лучше ориентируется. Но представим себе, что произойдет, если этот человек наденет вторые очки, потом третьи, четвертые… Он уже не увидит ясно себя и того, что окружает его в реальности, он увидит лишь некую искаженную картину. Постепенно привыкнет к этой иллюзии, и если будет носить такое количество очков всегда, то будет воспринимать действительность именно такой.

В данном случае чувства можно сравнить с очками. Все мы похожи на людей, носящих по несколько пар очков – мы уже забыли, как выглядим мы сами и окружающий мир, мы видим все через призму всепоглощающих чувств. Но то, что мы видим, мы считаем реальностью. Мы уже не замечаем, не хотим замечать огромного нелепого количества очков на глазах (уже не говоря о том, чтобы снять их). Руководствуясь своей гордостью, утверждаем, что мир именно таков, каким видим его мы. В итоге можно прожить всю жизнь, так и не увидев реальности за этими очками… А ведь мы знаем, что очки надо подбирать тщательно, индивидуально, носить именно те, которые нам прописал врач. Но, к сожалению, к врачу, в оптику за очками мы не хотим идти, а хотим выбирать сами, видеть действительность такой, какой пожелаем, а не такой, какая она есть. Что понимается в данной метафоре под врачом? Прежде всего, наш рассудок. Он вполне мог бы нас «подлечить» - сформировать адекватный, трезвый взгляд на мир.

Возникает вопрос: почему же мы живем не разумом, а эмоциями, почему позволяем чувствам настолько захватить нас? Почему адекватный баланс между чувствами и мыслительной деятельностью у нас отсутствует? Думается, основная причина в том, что это проще. Если человек опирается не на чувства, а на рассудок, то ему необходимо постоянно думать. Логически рассуждать, критически оценивать ситуацию и себя в ней, формировать и поддерживать трезвый взгляд на мир и на себя, анализировать факты, уметь аргументировать свое мнение, делать логические, разумные выводы из поступков других людей. Наверное, наиболее трудное и наиболее необходимое – постоянная работа над собой: самоконтроль, трезвение, борьба со своими страстями – захлестывающими эмоциями, стремящимися править нами, а также с теми невидимыми силами, бесами, которые «чрез страсти… господствуют над человеком, мечтающим, однако ж, что он сам себе господин» (св. Феофан Затворник). Вести такую жизнь, разумеется, очень непросто, но игра стоит свеч.

А чтобы жить в своем эмоциональном мире, в котором всем управляем не мы, а наши чувства, вышедшие из-под контроля рассудка, никаких усилий не нужно. Надо просто слепо довериться своим ощущениям, и нереальный мир, построенный ими, принять за реальный. Это доступно каждому, поэтому большинство из нас идет именно по этому легкому пути. Это нежелание включить логику, работать над собой наиболее заметно в ситуации кризиса. Пытаясь укрыться от психотравмы, мы уходим в мир своих фантазий. Да, таким образом срабатывает механизм психологической защиты, и на некоторое время это необходимо. Но очень часто этот период затягивается, и мы уже не хотим выходить из мира вымышленного в мир реальный, потому что это трудно. И если мы не желаем и не умеем, во-первых, принимать действительность такой, какая она на самом деле, во-вторых, трезво оценивать себя – какие мы на самом деле, в-третьих, проанализировав первое и второе, принять разумное решение, как жить дальше (как выходить из душевного кризиса), в-четвертых, потихоньку, но неуклонно, день за днем, шаг за шагом реализовывать это решение, не поддаваясь натиску эмоций – если мы этого не умеем и даже не хотим учиться, то мы так и останемся в этом нереальном мире, и не узнаем, что есть другая, более трудная, но и более радостная жизнь, в которой не эмоции управляют человеком, а человек с помощью разума господствует над своими эмоциями и своей жизнью.

В заключение приведем слова святителя Феофана, кратко объемлющие суть настоящей статьи. «Без чувств жить нельзя, но чувствам поддаваться незаконно. Надо освежать и умерять их рассуждением и давать им должное направление. …Закон – держать сердце в руках и подвергать чувства, вкусы и влечения его строгой критике. Когда очистится кто от страстей, пусть дает волю сердцу, но пока страсти в силе, давать волю сердцу – значит явно обречь себя на всякие неверные шаги. …Делайте так: наперед соображайте, где какого чувства возможно возбуждение, и вступайте в те обстоятельства, держа себя на страже от волнений сердца, или держа сердце в крепких руках. В этом надо упражняться, и упражнением можно дойти до полной над собой власти». Чего мы вам и желаем!!!! 

Кризисый психолог М. Хасьминский (православный сайт "Пережить.ру")

 



протоиерей Алексий Уминский:

Одна из главных ассоциаций, связанных с Великим постом — генеральная уборка с проветриванием всего, что только можно проветрить, с вымыванием всего, что можно вымыть, и ожиданием того, что после всего этого что-то обязательно должно поменяться. Протоиерей Алексий Уминский о Великом Посте.
Протоиерей Алексий Уминский: Христиане развинтились!
 
 
 
 

 

Весна и уборка души

Пост – это как генеральная уборка квартиры. Я помню по детству — где-то в середине весны, когда уже солнышко начинает светить и можно спокойно открывать окна, люди делают уборку квартиры после зимы — моют окна, пылесосят, выносят коврики выбивать, сдувают с книг пыль, все переставляют в квартире. Ощущение от этой уборки у меня с детства  особенное. Во-первых, тревожное такое, радостное. Квартира вся проветривается сразу после зимы, появляется ощущение воздуха, свободы, чистоты необыкновенной и предощущение чего-то нового. Такое ощущение, что после  этой весенней генеральной уборки квартиры в этой квартире по-другому должна начать течь жизнь. Это одна из главных ассоциаций, связанных с Великим постом — генеральная уборка с проветриванием всего, что только можно проветрить, с вымыванием всего, что можно вымыть, и ожиданием того, что  после всего этого что-то обязательно должно поменяться.

Развинтились!

— Отец Алексий, с уборкой квартиры все понятно. А в отношении духовной жизни не очень. Потому что есть, конечно, любимые и понятные службы. Есть канон Андрея Критского, есть весь богослужебный цикл, который ты проходишь и, безусловно, с этим соприкасаешься и душой, и ожиданием. Но насколько сложно хоть чуть-чуть что-то изменить. По большому счету все равно мы через два месяца подойдем к Пасхе с пониманием того, что все прошло мимо, все закончилось быстро — и ничего ты не сделал даже на миллиметр.

— Это и так — и не так. У меня в последнее время такое горестное ощущение того, что мы, христиане, за прекрасный период церковного возрождения как будто развинчиваемся. Какими мы были в начале пути! И какими мы сейчас стали. Нам все становится чуть-чуть можно. Расширились границы допустимого. Эти границы, конечно, безобразным образом расширяют комментарии на Facebook: люди начинают переходить эти границы допустимого состояния мысли, допустимого состояния чувства по отношению к тому, что происходит.

Происходит расширение допустимого по отношению к молитве, к помыслам, к заповедям. Я поражен многим вещам. И в себе мне это не нравится. Наше христианство стало очень удобным, простым и таким легким…

Когда мы говорим о посте, мы говорим прежде всего о том, как нам расширить границы допустимого. А что можно в пост? А какие послабления допускаются в пост? Мы все время говорим о том, что главное людей не есть: колбасу кушайте, мясо кушайте — людей не кушайте. Такими благими заявлениями мы расширяем  строгий порядок допустимого. Появляется внутренний дисбаланс.

Христиане развинтились во всех отношениях. Умственно развинтились, духовно развинтились, дисциплинарно развинтились. Все нам теперь легко и все можно! Смотреть все что попало, читать все что попало, слушать все что попало, говорить на полускверном языке, думая, что это такая дозволенность.

Мы слышим, что «все мне дозволено», а то, что «не все мне полезно» остается за рамками нашего бытия.

Пост  сейчас может быть таким временем, когда мы подкрутим в себе какие-то гаечки. Надо вернуть себя в нормальное состояние христианства — не в сумасшедшее зилотское или сверхстрого-уставное состояние. А в честное состояние. Честным христианином хочется быть во время Поста. И этой честности хочется у Поста научиться.

В человеке Великим постом должна возгораться ревность. Христианство — это ревностная вера. Не в каком-то глупом экстремизме, когда он этой ревностью другим угрожает, а когда он внутренне ревностен, когда он к Богу утренюет.

«От нощи утренюет дух мой к Тебе, Боже, зане свет повеления Твоя на земли».

Когда ревность человека захватывает, когда человеку от этой ревности хорошо, благостно, когда сладость от этой ревности. Мы потеряли это ощущение, все время подменяем его какими-то приятными компаниями, умными разговорами. А ведь ревность по Богу – самое яркое чувство христианина.

Пост и ревность — это единое пространство. Если ты постишься, то это должно быть ревностно.

— А как определить – ревностно или нет?

— Мне трудно давать такие советы о ревности. Потому что ревность — она ревностность. Ревностность связана с любовью, с внутренней честностью, с пониманием того, что ты можешь больше, чем на самом деле хочешь. Да, есть масса оправданий, очень благочестивых, вполне каноничных, вполне объяснимых и благословенных. Но ты можешь больше.

Подмена жизни

— Мы действительно стали себе очень много разрешать – все читать, все смотреть, все говорить. И более того, любой запрет, который сегодня звучит, в православном окружении воспринимается очень странно. В светском коллективе можно сказать: давайте не будем ругаться, давайте не будем осуждать, давайте не будем о человеке за глаза нехорошо говорить, — и это совершенно невозможно сделать в православном обществе, потому что все скажут: «Да ты хочешь быть святее Папы Римского, да мы не в осуждение, а в рассуждение, все это можно». С какого места выстраивать для себя, где границы-то эти брать? Когда на всякое действие уже есть внутреннее объяснение, разрешение, понимание? Как расти вглубь? Знаешь, как исповедоваться, как готовиться к Причастию, как ходить на службы. А  про внутренний христианский рост для мирян написано очень мало.

— Это нормально, когда для новоначальных все расписано, а для людей, которые в Церкви давно, нет гарантированных и ясных указаний. Когда дело касается монастыря, это понятно, это –  особая сфера жизни. Когда человек в монастыре живет, он подчинен такому ритму жизни, из которого, если он ему отдался своей волей и чуть-чуть еще трудится, он выйти не может. Там есть свои монашеские искушения, не постижимые для людей, живущих в миру, своя тоска и тяжесть монашеского креста.

Но мы в таком положении, когда с утра до ночи бесконечная суета, бесконечная гонка. От информации срывает голову, ты всем должен, всем нужен, и тебе еще нужно найти время остаться с самим собой наедине и еще с Богом поговорить. Невозможно жизнь человека в миру сделать имитацией жизни в монастыре. Невозможно сделать  постоянный мирской устав, которому бы ты соответствовал. Здесь пространство свободы, и пространство твоих ошибок, твоего личного ежедневного выбора.

Человек ежедневно много раз делает свой выбор. Этот выбор — сердцевина нашего бытия. Если человек об этом вообще не думает, то непонятно, живет ли он. Потому что тогда его жизнь — это деятельность.

Бесконечная деятельность – это форма жизненной подмены.

Эта деятельность человеку может очень нравиться или может  очень не нравиться. Но эта деятельность — выживание, а не жизнь. Эта деятельность не дает человеку опомниться для выбора. Человек, который живет в активности — просыпается — и начинает активничать, а потом эта деятельность кончается, он приходит, включает телевизор, сериал — и засыпает, то есть выпадает из бытия.

Жизнь в этой деятельности наступает тогда, когда деятельность разрывается каким-то событием, часто трагическим. Ба-бах! — нет никакой деятельности, но  есть жизнь, с которой тебе надо теперь справляться . Деятельность разрушена, и осталась жизнь, к которой ты не готов.

А есть жизнь, которая предполагает, что ты живешь, а значит, делаешь свой выбор.

Ты проснулся, и перед тобой выбор: рвануться в деятельность — или тормознуть для жизни.

И ты начинаешь этот выбор делать. Ты тормознул для жизни и посвятил жизни три минуты молитвы, потому что молитва — это форма жизни.

Дальше все равно тебя жизнь затягивает в какую-то форму деятельности. Но ты дальше тормозишь, потому что ты встречаешь на улице дворника-таджика и можешь мимо него пройти, а можешь сделать свой маленький выбор и сказать: «Здравствуй». Это форма жизни. Таких вещей, которые человек мог бы делать на каждом шагу в момент— пройти мимо и уйти в деятельность либо остановиться и минуточку посвятить этой жизни — может быть очень много. Постом это в человеке расширяется до огромных пределов.

Пост — это когда ты вытесняешь  деятельность из себя, а на ее место ставишь жизнь.  Когда ты этим Великим постом постоянно готов к выбору: пройти мимо или остановиться, отдать минутку для Бога, отдать минутку для человека, посвятить минутку для понимания самого себя, для разбора своих собственных чувств, созерцания. Когда ты вдруг останавливаешься и смотришь вокруг себя на мир, и вдруг в этот момент все замирает, и ты вдруг видишь там почку, которая начинает толстеть и беременеть. Замечаешь звенящий трамвай. Вдруг замечаешь что-то такое, что вдруг тебя возвращает к жизни, а деятельность в данный момент замирает.

В посте самое главное для меня ( я буду все время про себя говорить, не могу это на всех транслировать), — это то, что деятельность уходит на второй план, на третий план, на четвертый план. А пространство жизни необыкновенно в тебе расширяется. И это очень человеку тяжело. Самое тяжелое во время Поста —  это пространство жизни, потому что человек не очень умеет им пользоваться,  в него погружаться.

Человек все время ищет возможности от жизни увильнуть в пространство небытия. В пространство удовольствий, пространство сна, пространство сериала, пространство интернета и пространство соцсетей — это пространство чего угодно, куда ты уходишь, когда тебе тяжело оставаться с этим выбором и с этой жизнью сериальной.

Пост как раз дает наполнение жизни, и это очень тяжело человеку дается. К этому надо себя все время расширять, понуждать. Человек из жизни легко выпадает, ему легко дается эта безжизненная деятельность и тяжело дается любая минута полноты жизни.

Поступить, а не уйти в кусты

— Отец Алексий, а как вообще для себя определять, как правильно поступать в тех или иных обстоятельствах? Ведь понятно, что очень многие вещи сказаны в Евангелии, но очень сложно бывает применить собственно Евангелие к жизни…

— Я думаю, что не может быть совершенно очевидного ответа, как поступить. Главное — поступить. Главное — не испугаться, не уйти в сторону, не сделать вид, что тебя это не касается. Постараться поступить. А потом, пожалуйста, расплачивайся. Если ты сделал неправильный шаг — будь мужественным расплатиться. Будь мужественным за это ответить. Будь мужественным не уйти в кусты, будь мужественным принять ответственность  на себя. Это многому учит.

 — Ответственность – это редкое качество…

— Когда ты готов расплатиться собой, когда не ищешь подмену – это ответственность. Ответственность — дело серьезное, конечно. Ответственность — когда я сам отвечаю за свои поступки. Когда мне бывает за свои поступки стыдно, и я не боюсь этого признать — это самая высокая мера ответственности. И этому учит нас Пост. И покаяние ради этого существует. Не для того чтобы оправдать себя, изгладить из себя вину, как ластиком стереть что-то такое неправильно написанное, а наоборот, с этой ошибкой пожить и пережить ее правильным образом.

— Воспитывать ли в себе ответственность? Часто говорят про то, что взаимоотношения с духовником — это попытка человека переложить ответственность, на кого-то другого, и поэтому, опять же, бывают упреки в адрес православных в том, что человек церковный — это человек, который все время пытается переложить ответственность.

— Иногда наоборот — общение с духовником — это максимальное чувство ответственности, желание доверить себя своему духовному отцу несмотря на то, что тебе это не нравится, что ты с этим, может быть, не вполне согласен и тебе это как кость в горло, — с доверием поступить по его слову. Ты видишь в его опыте жизни то, как Евангелие приносит плоды.

Если я каждые пять минут бегаю к духовнику выяснить, что можно, а что нельзя — это не духовнические отношения. Человек не обязан обращаться по каждому поводу! Научившись от духовника важным вещам, может уже не спрашивать у него, а этим заветом, этим первым толчком, который духовник дает человеку.

Это не значит, что человек всегда соизмеряет с духовником свои действия. Бывает, что духовник сказал что-то человеку пять лет назад, и слова ему может хватить на всю жизнь. Бывает момент, когда человек запутался, обессилел в духовном пути и  духовник может немного подтолкнуть. Этого очень часто хочется — кто бы меня подтолкнул, кто бы мне дал еще маленький импульс идти вперед.  Духовник может это сделать. Но отнюдь не для того, чтобы каждые пять минут бегать спрашивать — ехать мне туда или не ехать, менять мне квартиру или не менять квартиру, покупать — не покупать, что правильно — что неправильно. Человек за себя  отвечает, и в этом тоже большая ответственность. И в ошибках тоже ответственность. Ну, не может человек не ошибаться. Обязательно будет ошибаться. И ничего страшного в этом нет — если человек принимает на себя ответственность за свои ошибки.

О воле Божией и недовольстве

— При этом очень хочется поступить так, чтобы это было не противно Воле Божьей. Даже в вопросе покупки квартиры, смены работы и так далее, — ведь очень хочется сделать все-таки правильно, без ошибки…

— Правильно и без ошибки — это к Воле Божьей может не иметь отношения. Понимаете, Воля Божия говорит о том, насколько человек Богу сродни. Насколько человек Бога воспринимает глубоко внутренне как своего Отца. Насколько человек Богу вообще свою жизнь доверяет. Какое имеет отношение Воля Божия к покупке или продаже квартиры? Никакого. Для этого человеку дан ум, житейский опыт, риэлторские фирмы. Воля Божия тут при чем? Очень часто приводят пример старца Амвросия и женщины, которая спрашивала, как индюков кормить — с тех пор у нас нет никакой другой заботы как спрашивать, как кормить индюков. Как будто только за этим и существуют духоносные отцы, чтобы нас научить кормить наших индюков.

— И еще один вопрос о человеке современном… Когда думаешь над тем, что сегодня объединяет большинство людей, причем и в самых обычных бытовых разговорах, и в записях на Facebook — самая такая общая для нас всех эмоция — это постоянное недовольство.

— Да, это похоже на правду.

— Что с ним делать и насколько оно вообще приемлемо для христианина?

— Это касается всех нас.

Со многим это связано.

Очень часть это связано с боязнью жить. Человек бывает очень часто не уверен в себе, боится, что что-то у него не выйдет, что он не справится, что у него не получится, что все наперекосяк…

Когда человек боится ответственности, боится жизни, этот страх подогревает чувство недовольства. Недовольство — ведь это недостаточность. Слово «довольность» и «достаточность»… Чувство неполноты — недовольство.

«Я доволен» по церковнославянски — значит, я «под завязочку» полон чем-то. А недовольство — это чувство внутренней бессодержательности, чувство внутренней пустоты. И эта пустота всем нам характерна, к сожалению.

Мы говорим о Великом посте. Пост ведь как раз должен быть тем временем полноты, когда человек доходит до Страстной недели, и эта Страстная неделя переживается как огромное, огромное пространство времени. Каждый день, как почти что целая жизнь.

Одного богослужения этого дня оказывается так много, что тебе кажется, что ты прожил за этот день очень, очень большую жизнь. Что ты за этот день очень-очень долго жил. А недовольство, неполнота — это когда на самом деле  этой жизни в человеке не хватает. Человек уходит от этой жизни, потому что жить тяжело. А с другой стороны, ему все время этой жизни не хватает, и он мучается, он недоволен.

Пусть и выход здесь — открытие себя для жизни. Как у Достоевского, Маркел перед смертью говорит: «И одного дня достаточно, чтобы счастливым быть».

Надо учиться жить. Учиться жить надо всем нам. Учиться жить. Пост – это как раз такая прекрасная наука, которая дает нам возможность почувствовать, как можно жить. Особенно Страстная неделя — когда ты можешь за один день так много жить, так глубоко жить, так по-настоящему жить.

Поэтому-то и кажется, что когда проходит Великий пост, что ты чего-то не успеваешь, что так мало тебе этого поста оказывается. Ты еще хочешь этого поста, потому что ты только-только научился жить, тебе бы хотелось это состояние в себе долго, долго хранить. Мы не умеем хранить. Но учимся.

Правмир. 14. 03. 2014. "Христиане развинтились!" интервью с прот. Алексием Уминским, Записала Анна Данилова

Иерархия семьи. Кто глава семьи?

 

Из книги священника Павла Гумерова "Малая Церковь" изданной Сретенским монастырем в 2008 г.

  Когда мы обращаемся к теме иерархии в семье, сразу же приходит на память Послание апостола Павла к Ефесянам. Наверное, еще потому, что все слышали, как оно читается во время Таинства венчания. Особенно почему-то запоминаются последние слова. Чаще всего какой-нибудь громогласный диакон или чтец на весь храм возглашает: «А жена да боится своего мужа!» От подобного громогласия все читанное ранее почти забывается. А ведь там заключена вся суть и объяснение последней фразы. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее (Еф 5, 25), — говорит апостол. То есть муж должен любить свою жену до самопожертвования, быть готовым отдать свою жизнь, пожертвовать самым дорогим.

Далее святой апостол Павел призывает мужей любить жен как самих себя, как свое тело. «Никтоже когда свою плоть возненавиде, но питает и греет ю», — как и Господь любит Церковь, ибо она тело Его. Обязанности мужа — заботиться о жене, питать и греть ее. Муж должен свои отношения с женой рассматривать как отношения Церкви и Христа. Может ли Господь обидеть или оскорбить Церковь? Вопрос абсурдный. Вот какие требования к главе семьи. И только после этого говорится: «а жена да боится...» Как боится? Трепещет, что муж придет усталый или пьяный с работы и она попадет под горячую руку? Конечно, нет. Муж — образ Христа в семье. Мы говорим: «страх Божий», «бойтесь не людей, а Бога» — вовсе не потому, что боимся какой-то кары от Господа. Это боязнь другого рода: обидеть любимого, расстроить его, оказаться недостойным его любви. Мне эта боязнь знакома с детства. Отец никогда не бил нас, не особо наказывал, разве что совсем маленьких. Но то, что папа расстроится из-за шалости, плохого поступка, та мысль, что сам бы он так никогда не поступил, была пострашнее ремня.

Да, апостол Павел говорит, что жены должны повиноваться своим мужьям. Но муж вправе ждать такого повиновения, только если он любит свою жену, как Христос — Церковь.

 

Священник Павел Гумеров

 

Святитель Феофан Затворник. Толкование на послание святого апостола Павла к Ефесянам

К жене и мужу 5, 22-33 

Стих 22. Жены, своими мужем повинуйтеся, якоже Господу.

Начинает с супружеского союза, показывая особенную о нем заботливость, как замечает святой Златоуст. «И это не напрасно, потому что если супружеские отношения в порядке, то и дети воспитываются хорошо, и слуги благочинны, и соседи, и друзья, и сродники (радуются), всем приятно их счастие, как бы некое благоухание. Если же где бывает напротив, то там во всем беспорядок и замешательство». С жен же начал или потому, что к ним прямее идет — повинуйтеся, или, может быть, в показание высокого значения жены в семейной жизни. Ибо коль скоро она в порядке, то все в доме в порядке. Сила речи Апостола не в указании на долг повиновения, ибо это и без того повсюду велось, а на то, в каком духе должно быть оказываемо сие повиновение, именно: повинуйтеся, якоже Господу. Повиновение жены мужу в христианстве принимает высший характер, яко такое, которое вытекает из страха Божия и уравнивается с делами Богоугождения, прямо Самому Господу творимыми. Она повинуется мужу в уверенности, что Гослодь принимает такое повиновение, как бы оно Ему прямо было оказываемо; или повинуется ему, не яко сильнейшему и господственному по порядку естества, но яко представителю Господа. Святой Златоуст говорит: «Сказавши: повинуйтеся, яко Господу — Апостол или разумеет следующее: яко знающие, что служите Господу, как и в другом месте говорит, что (они должны повиноваться) если не ради мужей, то в особенности ради Господа (Кол. 3, 18); или: если повинуешься мужу, то думай, что ты повинуешься, как работающая Господу. Ибо если противящийся даже внешним общественным властям противится Божию повелению (Рим. 13, 2), то тем более не повинующаяся мужу. Этого Бог требует от начала».

Стих 23. Зане муж глава есть жены, якоже и Христос глава церкве, и Той есть Спаситель тела.

Муж — глава. Кажется, святой Павел хотел сим напомнить, что древнее присуждение: к мужу твоему обращение твое и той тобою обладати будет (Быт. 3, 16) не потеряло силы и в христианстве, только здесь муж представляется набольшим, не как носитель преобладающей власти, а как всесторонний попечитель и охранитель жены, и только в этом, а не в другом смысле — глава ее, к которой она, как тело, должна обращаться. Муж, по Апостолу, в брачном союзе то же для жены, что Христос для Церкви, в благодатном порядке, или по домостроительству спасения. Сравнивается муж со Христом, жена с Церковию. Пункт сравнения — главенство: муж — глава жены, как Христос — Церкви. Но Апостол пишет не как что есть, а как что должно быть. Потому в словах его должно видеть такую мысль: муж — глава жены в таком же смысле, в каком Христос — глава Церкви. Но Христос — глава Церкви, яко Спаситель сего тела Своего. Да будет же и муж глава жене по причине спасительства своего для нее. В чем и да будет для мужа основание главенства; для жены — побуждение к повиновению. Сказавши: муж — глава жены, как Христос — Церкви, Апостолу предлежало лишь сделать вывод: итак, пусть жены повинуются во всем мужьям, как Церковь — Христу; что и делает он в следующем стихе. Но он намеренно прибавил положение, в коем указывает, почему Христос — глава Церкви, чтоб и главенству мужа придать христианское основание и повиновению жены — нравственнейшее побуждение, — именно: Той есть Спаситель тела.

Христос есть глава Церкви, потому что есть Спаситель сего тела Своего. Он стал главою чрез спасение спасенных, и спасенные стали членами Его чрез спасение. Поставляя главенство мужа над женою наравне с главенством Христа над Церковию, яко Спасителя ее, не указывает ли, что муж должен являть себя спасителем жены, чтоб и жена видела в нем своего спасителя, и на том чувстве, что он защита, сберегатель и покров ее и что она за ним, как за горою, должна держать и оживлять свое ему повиновение. Феофилакт пишет: «Как Христос, будучи главою Церкви, промышляет о ней и спасает ее, так и муж — спаситель жены, тела своего. Как же телу сему не повиноваться главе, пекущейся о нем и спасающей его?» «Таким образом, — говорит святой Златоуст, — он предложил мужу и жене, как основание их счастия, взаимную любовь и заботливость, указав каждому из них то, что кому прилично,—одному начальство и попечение, другой — повиновение». Та же мысль и у блаженного Феодорита: «Весьма премудро божественный Апостол представил сей пример. Ибо оного достаточно, чтобы и женам внушить уважение к своим мужьям, и в мужей вложить нежную любовь к своим женам».

 

Стих 24. Но якоже церковь повинуется Христу, такожде и жены своим мужем во всем.

Текст этот и по содержанию понятен сам собою, и в том отношении, как он здесь стоит. Он есть прямой вывод из предыдущего и не представляет ничего нового, что бы не сказано было выше. И наши толковники ничего почти не говорят на него. Только блаженный Феофилакт решает вопрос: «Как во всем повиноваться? И тогда будто повиноваться, когда он уклонится в неверие и ее станет склонять к тому же? — Но,— говорит, — у Апостола здесь слово не о неверных, а о верных мужах. Христос — глава Церкви — Бог есть, собирает и ведет Церковь Свою к вечной славе. Это она знает и не колеблясь повинуется Ему во всем, что угодно Ему творить в ней и с нею во внутреннем ее устройстве и во внешней участи. Но о человеке всегда уместно сомнение, а потому и ограничение этого во всем. Оно, впрочем, и в речи Апостола очень сильно ограничено словом: яко Господу, которое дает и такую мысль: в целях и в видах Господа, как в послании к Колосянам и сказано: якоже подобает, о Господе (3, 18), и еще более сравнением главенства мужа с главенством Господа, которое исходит из спасения. Что за спаситель муж, если он спасает тело только под условием погубления души?!»

Другое замечание делает блаженный Иероним — о святости супружеской жизни. «Если жена так должна повиноваться мужу, как Церковь — Христу, то между мужем и женою союз должен быть святой, и никогда не должны они работать плотским страстям». Та же мысль и у святого Дамаскина: «Апостол обязывает жену повиноваться мужу образом повиновения Церкви Христу для того, чтобы это повиновение было не телесного, но духовного характера».

Стих 25. Мужие, любите своя жены, якоже и Христос возлюби церковь, и Себе предаде за ню.

Дал женам заповедь и пример повиновения, дает теперь мужьям заповедь и пример любви, — в любви Христа Спасителя к Церкви. В брачном союзе главная обязанность жены — повиноваться мужу, главная обязанность мужа — любить жену. Но как в муже не исключается обязанность слушаться разумных советов и желаний жены, так в жене — обязанность любить мужа. У них все должно быть взаимообразно. Святой Павел в изложении их Богу угодных отношений настаивает на том особенно, что скорее с чьей стороны может быть нарушаемо. Что жена любит, об этом и говорить нечего, но она скорее и забываться может. Что муж любит себе подчинять жену, и это — само собою делается, но он может простирать сие далее надлежащего. Святой Апостол и оговаривает сии возможные уклонения с той и с другой стороны. Жена должна паче всего соблюдать повиновение мужу, потому что покушение жены взять преобладание расстроивает мир семейный. Муж паче всего любить должен жену, потому что эгоизм с его стороны делает невозможными благоденствие и сладость семейной жизни.

Если сличить, на кого более налегает Апостол, то окажется, что больше на мужа. Приняв во всей строгости, что жены по образу повиновения Церкви Христу Господу должны повиноваться мужам во всем, должно принять во всей строгости и обязательную для мужей любовь — в мере любви Христа Господа к Церкви. Но Господь предал Себя за Церковь, следовательно, и мужья должны простирать свою любовь к женам до готовности жертвовать за них и самою жизнию. Где есть, впрочем, любовь, там это делается само собою. Но и справедливость этого требует: ибо, если взять в настоящей силе повиновение, увидим, что оно есть непрестанное умирание,— своих желаний и рассуждений отсечение. Справедливо, за такую долгую смерть жены, мужу в случае нужды умереть однократно.

Святой Златоуст в этой силе разумеет любовь мужа к жене. Обращаясь к мужу, он говорит: «Ты слышал о великом послушании, ты доволен Павлом, что он, как некий дивный и духовный учитель, учит нас порядку в жизни. Хорошо! Но послушай, чего он требует и от тебя, тот же самый пример он приводит и далее: мужие, говорит, любите своя жены, якоже и Христос возлюби Церковь. Видел меру послушания? — Послушай же и о мере любви. Хочешь, чтобы жена повиновалась тебе, как Христу повинуется Церковь? — Заботься же и сам об ней, как Христос о Церкви. Хотя бы нужно было пожертвовать за нее жизнию или потерпеть и пострадать что бы то ни было, не отказывайся, но и хотя бы ты потерпел все это, не думай, что ты сделал что-нибудь подобное тому, что сделал Христос. Умей заставить ее быть тебе покорною твоим великим об ней попечением, любовью, дружбой. Нет уз крепче этих, особенно для мужа и жены. Слугу можно иногда связать страхом, но сопутницу жизни, мать детей и виновницу всех семейных радостей нужно привязывать к себе не страхом и угрозами, но любовию и расположенностию. Что за супружество, когда жена трепещет мужа? Каким удовольствием может насладиться муж, который сожительствует с женою, как с рабою, а не как с свободной? Если бы и случилось потерпеть что за нее, не ропщи: Христос этого не делал».

Стихи 26 и 27. Да освятит ю, очистив банею водною в глаголе; да представит ю Себе славну церковь, не имущу скверны или порока, или нечто от таковых, но да будет свята и непорочна.

О сих спасительных действиях домостроительства нашего спасения святой Павел поминает не с тем, чтобы их изъяснить: это делает он в других местах; но душа его всегда полна была созерцанием сих таинств, и он не мог пропустить случая, когда он представлялся, чтоб не коснуться их. Он хотел провесть их во все порядки жизни, чтобы, в каких бы сочетаниях отношении ни текла жизнь, она не отвлекала от созерцания их, а оживляла и поддерживала его. В этом отношении можно предполагать у Апостола намерение — далее провесть параллель обязательных для христианского мужа отношений к жене из отношений Христа Господа к Церкви.

Самое содержание сих текстов понятно. Господь предал Себя за Церковь, благоволив понести крестную смерть. Предал Себя так Господь, да освятит Церковь, — или всех верующих чрез освящение каждого христианина. Каким образом? — Очистив банею водною в глаголе, то есть святым крещением, в коем с погружением в воду троекратным произносятся слова: во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Это видимые действия святого крещения. Невидимо же при сем крещаемый погружается в смерть Христову, получает отпущение грехов и совсем умирает греховной жизни, а, выникая из воды, приобщается силы воскресения Христова и возрождается к новой духовной святой жизни. Крещеный, не именем только, но существенно, чист и свят. Это делается с каждым, следовательно, со всеми приступающими к Господу, со всею Церковию. Вся Церковь свята, прошедши чрез очистительную и освятительную баню пакибытия. Да представит ю Себе. Сими словами показывается, для чего так учреждено, чтобы всем проходить чрез купель крещения. Для того, говорит, так делает Господь, чтобы представить пред Себя Церковь, то есть всех верующих, славною, — внутренними совершенствами, не имеющею никакого недостатка, чистою и непорочною. Невесту для представления жениху, и тем паче под венец,— моют, чистят, наряжают всячески. Это делает и Христос Господь с Церковию. Положив сочетаться с нею, Он преукрашает ее всякими добротами. Ибо не пристало, чтобы с чистейшим и совершеннейшим могло что-либо сочетаться, оставаясь в нечистоте и с недостатками. В словах: да будет свята и непорочна, можно видеть указание на продолжение освящения, полученного в крещении, и чрез всю жизнь. Затем там все старое и безобразное умирает и подается все новое, чистое, чтобы получить возможность сочетаться со Христом, а далее и для того, чтобы, сподобившись сего великого блага, всю жизнь хранить себя в святости и непорочности, чтоб сохранить и сочетание со Христом.

Таково отношение Церкви ко Христу. Параллели подобных отношений мужа к жене не делает святой Павел, предоставляя это сделать всякому. Главная цель его — расположить мужа ко всякой любовной попечительности о жене достигается и этим простым указанием. Наши толковники проводят эту параллель. Блаженный Иероним упоминает, что некоторые еретики злоупотребляли сим местом, покушаясь доказать, что брак в обыкновенном его смысле непозволителен христианам. «Таковым, — говорит, — коротко ответить должно, что если что воспрещается здесь Апостолом, то воспрещаются страсти, нечистота, чувственная похотливость, а не святой союз. Рождение детей в брачном союзе разрешается, а похотствования, наподобие блуднических обыманий, в супругах осуждаются.— Читая это, всякий муж и жена да разумеют, что, по зачатии, им следует более упражняться в молитве, а не в удовольствиях брачных. В животных это исполняется по закону естества, а в христианах то же должно быть делом свободы, чтобы воздержание имело нравственную цену и заслуживало воздаяния».

Блаженный Феодорит видит в сем указание вообще на попечительность о жене. «Подражайте Владычней попечительности, и, какую Господь оказал в рассуждении Церкви, такую же и вы имейте в рассуждении живущих с вами в супружестве. Ибо Владыка Христос не отрекся и умереть за Невесту Свою, чтобы ее очистить, сделать славною, сгладить с нее следы прежней старости и явить свободною от всякого порока. Посему и нам надлежит иметь такую же любовь к супругам и прилагать об них попечение, как о собственном своем теле».

Святой Златоуст обязывает мужа обращать преимущественное внимание на нравственную сторону жены и при выборе ее, и во время жизни с нею. «Да освятит ю, очистив. — Значит, она была нечиста; значит, на ней были грязные пятна; значит, была безобразна и ничего не стоила. А ты какую бы ни взял жену, твоя невеста не будет такова, какою Христос обрел Церковь; она не так будет отлична от тебя, как была отлична Церковь от Христа. При всем том Он не возгнушался ею и не возненавидел ее за ее чрезмерное безобразие. Хочешь знать, как она была безобразна? — Послушай, что говорит святой Павел: бесте бо иногда тма (Еф. 5, 8). Видишь черноту ее? Что чернее тьмы? Что еще сказать? Она была и безумна, и богохульна. Однако несмотря на то, что в ней было так много дурного, Он и за безобразную предал Себя, как за прекрасную, как за возлюбленную, как за достойную дивной похвалы. И, принявши ее такою, Он украшает ее и омывает, и не отказывается от этого. И не только украсил ее, но и сделал славною, не имеющею скверны или порока, или нечто от таковых. Не требуй от жены того, чего у нее нет. Видишь, что Церковь все получила от Господа? Чрез Него она сделалась славною, чрез Него — непорочною. Не отвращайся же и ты от жены из-за ее непривлекательности. Она Божие создание; не ее ты порицаешь, но Того, Кто создал ее; чем виновата жена? Не хвали ее и за красоту. Развратным душам свойственны такая похвала и такая ненависть, да и самая страстная любовь. Ищи красоты душевной; подражай Жениху Церкви. Телесная красота производит великую наглость и много неразумного; она возбуждает ревнивость и нередко заставляет подозревать себя в гнусных поступках. — Но она, скажешь, доставляет мне удовольствие? — Один месяц или два, и много, если год, но далее отнюдь нет; напротив, от привычки диво это скоро теряет свою прелесть. А то, что в нем есть дурного, остается навсегда: ослепление, безумие, высокомерие. В удовольствии же, доставляемом не этою красотою, ничего нет подобного; там любовь, начавшаяся надлежащим образом, остается постоянною, как любовь к красоте душевной, а не телесной. Будем же искать в жене благоразумия, умеренности, кротости; таковы признаки истинной красоты. Но не будем искать телесной красоты, и не станем много укорять ее за то, что не от нее зависит, или лучше и вовсе не станем укорять, ибо это свойственно дерзости, и не будем огорчаться и негодовать. Или не видите, сколько таких, которые жили и с красивыми женами, но бедственно окончили свою жизнь; напротив, сколько таких, которые имели жен не очень благообразных, но в полном благополучии дожили до глубокой старости? Истребим внутреннюю скверну, очистим внутренние недостатки, уничтожим пятна душевные. — Бог желает такой красоты. Уготоваем ее (жену) прекрасною для Бога, а не для самих себя. Не станем искать ни денег, ни внешнего благородства, но благородства душевного. — Кто, скажи мне, оставив важнейшее, станет заботиться о маловажном? Но, увы, мы всегда так поступаем. Если у нас есть сын, то мы не о том стараемся, чтобы он был хорош, но как бы найти ему богатую жену, не о том, чтобы был благонравен, а о том, чтобы был богат. И если начертываем образ жизни, то также не о том заботимся, как бы нам жить безгрешно, но о том, как бы нам приобресгь больше прибытков. Деньги стали значить все. Оттого и повредилось все, что мы одержимы этой страстию».

 

Стих 28. Тако должны суть мужие любити своя жены, яко своя телеса; любяй бо свою жену, себе самаго любит.

Выставляет новое сильнейшее и яснейшее побуждение к любви. Сказанное пред сим могло быть не ясно понято, могло казаться далеким. Он и говорит как бы: может быть, сказанное не так для вас понятно, скажу прямее и ближе: любите жен, как свои тела; ибо, в самом деле, они суть тела ваши, и, любя их, вы не на сторону обращаетесь, а на себя же, ибо, любя жен, себя любите. Так сочетавает течение речи святой Златоуст: «Переходит Апостол к сильнейшему примеру; и не только это, но к ближайшему и яснейшему, и к новой причине. Ибо то (сказанное) не казалось весьма необходимым, и для того, чтобы не сказал кто-нибудь: Он был Христос, был Бог и Сам Себя предал, — Апостол иным способом доказывает то же, говоря: тако должны суть любити, яко своя телеса. — Итак, это — не милость, а долг».

Что следует из обязанности любить своих жен, яко своя телеса, очевидно само собою. «Но каким образом жена есть плоть мужа? — Послушай: се ныне, говорит Адам, кость от костей моих и плоть от плоти моея (Быт. 2, 23). Ева есть плоть от плоти Адама» (святой Златоуст). Это основание Апостол не выставляет здесь, предполагая его известным. Ибо, кто знает, как первоначально произошла жена, тот не может недоумевать, как жена есть тело мужа. Праматерь Ева взята из праотца Адама, и Адам прямо определил ее, говоря: се плоть от плоти моея. Но что тогда физически совершено, то потом по закону, Богом положенному, совершается у мужа с женою нравственно. По браке муж жену имеет, в чувстве своем, частию себя самого; и жена в чувстве своем имеет себя привитою к мужу, так что самым делом выходит, что они оба — плоть едина, то есть одно существо, одно лицо. Апостол и говорит как бы: нечего тебя учить, как любить жену; люби, как часть тебя самого. Конечно, любовь к жене требует жертв (как выше выходило из указания на отношение Христа Господа к Церкви), но эти жертвы не на сторону, а на тебя же. Любяй жену, себя любит. Следовательно, и жертвуяй чем для жены, на себя жертвует.

 

Стих 29. Никтоже бо когда свою плоть возненавиде, но питает и греет ю, якоже и Христос церковь.

Если любовь мужа к жене так натуральна, то нечего бы и говорить о том. Любовь и бывает всегда, но нередко смысл свой теряет. Бывает, что муж и любит жену, но помыкает ею, как вещию. Апостол напоминает такому: смотри, она часть, равная тебе, ибо вы с нею одно целое составляете. Бывает, что муж смотрит на жену слишком чувственными очами. Апостол напоминает такому: она тело твое, но не для телесных сластей; имей к ней разумную любовь, как закон велит разумно относиться и к телу. Разумно относящийся к телу питает и греет его не ради сластей плотских, а ради того, что оно есть необходимое орудие к исполнению целей жизни (блаженный Иероним). Блюди, питай и грей жену, как орудие, но не механическое, а самодеятельное,— как помощницу и сотрудницу.

Цель в словах Апостола не та, чтоб располагать мужей любить жен, ибо это само собою бывает, но та, чтобы любовь сию — из естественной преобразовать в нравственный закон и долг, который не должен быть нарушаем по какой-либо блажи сердечной, а должен сохранять силу свою на всю жизнь, как союз души с телом,— и особенно та, чтобы из плотской преобразовать ее в духовную — одухотворить ее, что делает он указанием на разумное отношение к телу, наипаче же на указание отношения Христа Господа к Церкви.

Всякий питает и греет плоть свою: питай и грей и жену свою, но так, как питает и греет Церковь Свою Христос Господь. Словами — питать и греть означил Апостол всестороннюю попечительность, а указанием на грение и питание Христом Церкви определил качества и цели сей попечительности. Христос попечение имеет о Церкви в каких видах? — Да будет свята и непорочна, как сказано выше. Надо полагать, что подобные же цели разумеет Апостол и под питанием и трением жены, а не одно то, чтобы кормить только ее, одевать и обувать. Блаженный Иероним подает мысль: пусть и жены стремятся к полному Богоугождению, чтобы востечь в мужа совершенна,— и перестать быть женами. Затем, взявши слова Апостола в переносном смысле я в муже видя — душу, а в жене — плоть, говорит: пусть душа так обучает плоть свою, чтоб и она увидела спасение Божие. Наконец сводит то и другое в едино и говорит: «Да греют мужья жен, и души тела так, чтоб жены преобразовались в мужей и тела в души, — и чтобы престало различие полов. Но как у Ангелов несть мужеск пол и женск, так и мы, имеющие быть равными Ангелам, уже отныне да начнем быть тем, чем обетовано нам быть на небесах».

Но все же нельзя упускать из вида, что Апостол выясняет долг любви только с христианской точки зрения. Пример же любви Христа Господа к Церкви выставляет он и в образец, и, может быть, для того, чтобы взаимно прояснить и отношение Христа Господа к Церкви, прилагая известное в естественном порядке к порядкам сверхъестественным. Но и то правда, что тому, как Христос питает и греет Церковь, ничего нет и быть не может подобного, ни в каком естественном порядке. Здесь не то разумеется, что сказал Господь о Своем попечении о Церкви ветхозаветной: коль краты восхотех собрати чада твоя под крыле (Мф. 23, 37; Лк. 13, 34), хотя и это имеет место, но нечто особеннейшее, ближайшее, существеннейшее. Ибо у Христа с Церковию не внешний союз — одного после другого, но внутреннейший — одного в другом. Ева из Адама; но стала вне его, и союз у них остался душевный, каков и у мужа с женою. И Церковь из Христа, но не становится вне Его, а Его имеет в себе, проникающим все в ней и живущим в ней всей. Это выражает Апостол в следующем тексте:

Стих 30. Зане уди есмы тела Его, от плоти Его, и от костей Его.

Мы — все верующие есмы члены тела Его, составляем тело Его — Церковь. Каждый верующий от Христа отрождается и поступает в тело Его, не отделяясь от Него. От плоти Его и от костей Его — образное выражение того, что существенность христианская заимствована нами от Христа. Святой Златоуст говорит: «Как Сын Божий — нашего естества, так и мы — Его сущности; и как Он имеет нас в Себе, так и мы имеем Его в себе». Это совершается в крещении и поддерживается причащением: ибо — во Христа облекостеся — не одни слова, а существенное преобразование по образу Христа и по причине подобия такого сочетания с Ним. Равно и то, что говорится о причастнике: во Мне пребывает и Аз в нем, существенное дело есть. — Вот как мы от плоти Его и от костей Его, и как есмы уды Его. — Святой Златоуст говорит: «Что значит: от плоти Его? — Значит, истинно от Него. Но как чрез это мы бываем членами Христовыми? — Так, как мы родились подобно Ему. Каким образом от плоти? — Это знаете вы, которые причащаетесь тайнам, ибо чрез это мы тотчас преобразуемся». Блаженный Феодорит пишет: «Как Ева создана из Адама, так мы из Владыки Христа. С Ним погребаемся и восстаем в крещении, ядим тело Его и гшем кровь Его».

Вот как питает и греет Церковь Свою — всех верующих Христос Господь. Дело совершается существеннее и глубже, чем идет общее промышление. — Так это есть, хотя невместимо для понятия, а может быть, иную и веру превышает. Господи, приложи нам веру!

 

Стих 31. Сего ради оставит человек отца своего и матерь, и прилепится к жене своей, и будета два в плоть едину.

Мысль места ясна. «Уважай сей первый закон, который дан по сотворении жены и внедрен в естестве человеческом. Ибо вступающий в брак, оставляя родителей, сочетавается с женою, и союз делается столько тесным, что двое почитаются составляющими одну плоть» (блаженный Феодорит). — Но чего ради приводится сей закон?

Все толковники относят слова сии к 28 стиху, как доказательство, почему муж, любя жену, любит ее, как свое тело и как самого себя. Потому, говорит, так это бывает и быть должно, что они становятся плоть одна. Но, думается, ближе относить их к непосредственно предшествующей речи о тесном живом союзе верующих со Христом Господом. Сказано: мы от плоти Его и от костей Его. Поэтому к нам же идет и тот закон, который изречен Богом вслед за такими же словами, сказанными Адамом. Адам сказал: се кость от костей моих и плоть от плоти моея,— и Бог запечатлел это законом: сего ради оставит человек и проч. Так будет отселе во все роды века. Святой Апостол, приведши слова Адама в пояснение союза верующих с Господом, приводит и закон тот о сочетании мужа с женою. Но если мы слова — от костей Его и от плоти Его, взятые из речи Адама, должны понимать о союзе верующих со Христом, то чего ради закон, изреченный вслед за словами Адама, понимать в прямом, а не в применительном к союзу верующих со Христом смысле? — Никакой нет на это необходимости, тем паче, что вслед за сим Апостол определяет сам направление своей речи: это говорю я в отношении ко Христу и к Церкви.— Итак, ничто не мешает слова текста сего разуметь как указание на закон, по которому Христос Господь сочетавается с душами верующими и души верующие со Христом Господом. И, кажется, Апостол имел в виду преимущественно эту последнюю сторону союза, именно союз душ с Господом, — и цель слова его: — два плоть едина, — верующие и Господь — едино. Посему-то и стоит у Апостола: ???? ?????? — вместо сего. Впереди сказал: Господь питает и греет нас, так как мы плоть от плоти Его и кость от костей. Теперь говорит: вместо сего — мы должны так прилеплены к Нему быть, чтобы составлять едино. Ибо и Он уже так приобщился нам, что всего Себя предал нам. Можно находить указание на такую мысль в словах святого Златоуста: «Таким образом, и мы делаемся со Христом едина плоть, — по причастию». И несколько ниже: тут происходит «духовный союз, в котором душа соединяется с Господом неизреченным союзом, как Он один знает. Посему и сказано: прилепляяйся Господеви, един дух есть с Господем (1 Кор. б, 17). Об этом и Псалмопевец говорит: слыши дщи, и виждъ, и приклони ухо твое, и забуди люди твоя, и дом отца твоего, и возжелает царь доброты твоея (Пс. 44, 11 — 12)». На это же наводят и слова блаженного Иеронима: «Слова сии в переносном смысле относятся ко Христу и к Церкви. Адам прообразовал Христа, Ева — Церковь. Как из Адама и Евы народился весь род человеческий, так от Христа и Церкви народилось и нарождается все множество верующих, которое, составляя единое тело, опять влагается в бок Христов и наполняет место ребра, став в едину плоть с Ним, как с мужем. Об этом и Сам Господь в Евангелии молился: да ecи едино будут: якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут (Ин. 17, 21)».

 

При такой мысли понятными становятся и следующие за сим слова:

Стих 32. Тайна сия велика есть: аз же глаголю во Христа, и во Церковь.

Очевидно, что предыдущие слова привел Апостол с тем, чтобы навесть читателей на мысль об отношении Христа Господа к Церкви и Церкви ко Христу. Это он и подтверждает теперь, говоря как бы: слова сии я привожу в высшем таинственном значении; в них прямо указывается на тесный союз мужа и жены, но выражается и великая тайна общения Христа Господа и Церкви. Как приложить их к сей тайне, Апостол не объясняет, оставляя это сделать самим верующим; но в руководство к этому он сказал уже несколько слов впереди, именно: Христос питает и греет Церковь, мы от плоти Его и от костей. Нетрудно после сего и далее провесть это соотношение и видеть в словах, выражающих существо брака и его неразрывность, выражение и таинственного союза Христа Господа с Церковию. Сын Божий в воплощении оставил как бы Отца Своего Небесного (не разделяясь с Ним) и вступил в таинственный союз с искупленным человечеством — Церковию, которая тоже есть от ребра Его и вместе с Ним составляет едино.

Святой Златоуст хотя указывает великую тайну и в брачном союзе, но настоящая тайна, и по нему, в снисхождении Господа и сочетании Его с Церковию. Он говорит: «Подлинно это таинство, — что человек, оставив произведшего его, родившего, воспитавшего, и ту, которая зачала его, болела им, в болезнях родила, — оставивши тех, которые столько благодетельствовали ему, к которым он привык, — сочетавается с тою, которой прежде не видал, которая ничего не имеет с ним общего, и предпочитает ее всему. Подлинно — это таинство. И родители не печалятся, но, напротив, печалятся, когда этого не бывает, и в знак радости не жалеют издерживать деньги и делать расходы. Поистине — это таинство великое, заключающее в себе какую-то сокровенную мудрость». — Но это сказал святой Златоуст после того, как указал уже в сих словах тайну союза Христа Господа с Церковию. «Аз глаголю, говорит при том Апостол, во Христа, — так как и Он, оставивши Отца, сошел и пришел к невесте и сделался единым духом с ней (а она с Ним). Ибо прилепляяйся Господеви, един дух есть с Господем (1 Кор. 6, 17)». То же пишет и Феодорит: «Сам Христос, оставив вышнего Отца, сочетался с Церковию. Но оставил по понятию вочеловечения, потому что, как Бог, неотлучен от Бога, так как и Сам имеет неописанное естество». В этом и тайна.— Пополнее выясняет эту истину блаженный Иероним: «Не все сказание об Адаме и Еве, написанное в книге Бытия, можно удобно, как думают некоторые, относить ко Христу и к Церкви, но только то, что сказано в настоящем месте, то есть: сего ради оставит человек отца своего и матерь и прилепится к жене, и будета два в плоть едину. Первый человек, Адам, как первый пророк, прорек это о Христе и о Церкви, — что оставит Господь наш и Спаситель Отца Своего Бога и матерь Свою, Иерусалим небесный, и придет на землю ради тела Своего — Церкви, и образует ее из ребра Своего: для чего Слово и бысть плоть. И как не все таинства равны, но одно таинство больше, а другое меньше, то и говорит теперь: тайна сия велика есть; показывая же вместе и знак смирения своего, прибавляет: аз же глаголю во Христа и во Церковь. Григорий Назианзин, муж красноречивейший и много сведущий в Писании, когда мы рассуждали с ним об этом месте, не раз сказал: смотри, какова таинственность той главки (кажется, в книге Бытия), что Апостол, истолковывая ее в отношении ко Христу и к Церкви, не утверждает, чтоб изъяснился, как требует достоинство свидетельства, но сказал как бы: знаю, что место сие полно неизреченных таинств и требует от истолкователя своего божественного сердца; я же, по малости моего смысла, думаю, что его Должно разуметь в отношении ко Христу и к Церкви не потому, чтобы что-либо было больше Христа и Церкви, но потому, что все, сказанное об Адаме и Еве, изъяснить в отношении ко Христу и к Церкви очень трудно».

Стих 33. Обаче и вы по единому, кийждо свою жену еще да любит якоже и себе, а жена да боится своего мужа.

Апостолу, кажется, пришло на мысль, как бы кто не злоупотребил его словом о прилеплении верующих к Господу до того, чтобы стать едино с Ним, — и не стал учить, что для христиан совсем неуместна любовь брачная к женам, а следовательно, и самый брак. Почему и оговаривает: обаче... Однако ж это не мешает каждому из вас любить свою жену; люби всякий свою жену, как себя, и жена да боится мужа. Надо прибавить: только все о Господе, — чтоб не допускать такой любви стать препятствием к прилелленшо к Господу. Святой Златоуст говорит: «Как будто бы сказал: это иносказательное доказательство не уничтожает необходимости любви». «Хотя слова те я принял в таинственном смысле, однако ж это не отменяет того, буквально высказанного здесь закона, коим определяются отношения мужа и жены» (Феофилакт). То же говорят Феодорит и Экумений.

Слова: жена да боится своего мужа, не предполагают страха рабыни, но обязывают жену к почитанию и уважению мужа, будто благоговению пред ним. Так блаженный Иероним: «Да боится, то есть да чтит мужа и благоговеет пред ним». В этом значении тут то же говорится, что выше: повинуйтеся,— чтоб жены не выходили из воли мужа, а чтили его распоряжения и строго исполняли их. Святой Златоуст говорит: «Жена есть второе начало; значит, не должна требовать равенства с мужем, так как стоит под главою, ни он не должен высокомерно смотреть на нее, как на подчиненную, ибо она — тело его. Если голова станет пренебрегать телом, то пропадет и сама; но взамен послушания должна она (глава — муж) привносить любовь: как глава, так и тело. Но какая, скажут, может быть любовь там, где есть страх? — Там-то, собственно, она и будет. Ибо та, которая боится, и любит, и, которая любит, боится, как главы, и любит, как член: так как голова есть член всего тела. Для того он и подчинил ее, а мужа превознес над нею, чтобы был мир. Апостол показал образ любви, а образ страха — нет.— Почему же это? — Потому что хочет, чтобы преимуществовала любовь. Если будет она, то за нею последует все остальное, а если будет страх, то не вполне. Кто любит свою жену, тот, хотя бы она была и не очень послушна, все переносит; но если супруги не связаны силою любви, то единомыслие между ними — дело трудное. Страх лее в этом случае не производит такого Действия. Потому Апостол и останавливается преимущественно на том, что сильнее. И жена, хотя ей, по видимому, назначается худшая доля в том, что ей предписывается страх, но она ничего не теряет от этого, потому что мужу предписывается то, что особенно важно, — предписывается любить ее. — И ты, муж, слыша о страхе, требуй страха, приличного свободной, а не как от рабы: так как она — тело твое. А если будешь поступать не так, то опозоришь себя самого, бесчестя свое тело. Что же это за страх? — Чтобы она не противоречила, чтобы не выходила у тебя из послушания, чтобы не стремилась к первенству. Довольно возбуждать только такого рода страх. Если же ты любишь как должно, то достигнешь гораздо большего почтения себе, и достигнешь этого не столько угрозами, но собственно любовию. Женский пол весьма слаб; ему нужна большая помощь, особенное снисхождение. Снисходя к ее немощи, доставляй ей все, все для нее делай и терпи: это необходимо тебе. Хотя жене принадлежит также власть в доме, — вторая; хотя она имеет начальство и равночестна мужу, но при всем том муж имеет нечто большее, именно — преимущественное попечение о доме. Соответственно со Христом, он получил и то, чтобы не только любить свою жену как должно, но и благоустроять жизнь ее. Да будет, говорит, свята и непорочна. Если ты сделаешь ее святою и непорочною, то за сим последует все. Ищи того, что Божие, а человеческое последует весьма легко. Управляй женою, и дом твой будет благоустроен. — Вспомни об Аврааме, о Сарре, об Исааке, о трехстах осьмидесяти домочадцах: как благоустроен был дом их, как он весь был полон благочестия. Сарра исполняла апостольскую заповедь и боялась мужа (господина того зовущи). И Авраам так любил ее, что слушал ее во всем, чего она желала справедливо».

 

Протоиерей Олег Тэор: Священник нужен в армии как отец

ЕЛЕНА АЛЕКСЕЕВА | 23 ФЕВРАЛЯ 2016 Г. Правмир.
В России возрождают традицию, прерванную в 1917 году. Это награждение Георгиевским облачением военных
священников за значительный вклад в духовное воспитание защитников Отечества. Первый такой комплект
недавно был вручен митрофорному протоиерею Олегу Тэору – настоятелю храма святого князя Александра
Невского в Пскове. На этом белоснежном с золотом одеянии на кустодии вышито – «За службу и храбрость». Слова
эти в полной мере относятся к отцу Олегу. Он является помощником командира 76-й краснознаменной десантно-
штурмовой дивизии ВДВ, сам не раз бывал как пастырь в горячих точках. Его знают далеко за пределами Пскова.
 
 
 
 

На литургию через лес

Протоиерей Олег Тэор в Георгиевском облачении

Протоиерей Олег Тэор в Георгиевском облачении

– Отец Олег, у вас такая редкая фамилия…

– Она эстонского происхождения. Я родился на Волге в 1944 году, куда была

эвакуирована из Пскова моя мама, пережившая первые бомбежки города. Позже мы

вернулись обратно в Псков.

Город во время войны был очень сильно разрушен. Настолько, что от вокзала можно

было увидеть Троицкий собор, который находится в самом центре города и который

обычно скрыт зданиями.

Те, кто жил в те годы в городе, говорят, что это было удивительно: Псков в руинах, а все храмы целы. Они возвышались над городом.

Прихожане собора вспоминали, как они сидели однажды у соборных стен, и к ним

подошел военный. Он рассказал, что при наступлении им был отдан приказ бомбить

этот храм. Но один из старших офицеров, который знал и любил историю нашего

города, сказал: «Я собор бомбить не буду, возьму город и без этого».

– Ваша семья была верующая?

– Да. Еще школьником я прислуживал в алтаре. Когда мы еще жили не в Пскове, а в

небольшой псковской деревне, то до ближайшего храма было километров

четырнадцать. И я пешком проходил этот путь.

Чтобы поспеть к литургии, приходилось выходить затемно и идти через густой лес. А мне было лет десять. Со мной еще соседская девочка шла. И вот, чтобы отогнать страх, я пел духовные песни, которые слышал на службе.

Ни пионером, ни комсомольцем я не был. В семье были против, чтобы я вступал в эти организации. В старших классах я

подрабатывал киномехаником в школьной кинобудке. Однажды показывал какому-то классу фильм о происхождении

человека, о Дарвине. Когда просмотр закончился, учительница обратилась к детям со словами: «Ну, теперь вы знаете,

ребята, как произошел человек». Я не смог промолчать и сказал, что это всё неправда. Учительница, помню, очень сил

 

ьно была мной недовольна. Вообще моих учителей часто склоняли на всяких собраниях за то, что я хожу в церковь.

Это было хрущевское время, тяжелое для верующих людей. У нас в храме в те годы был батюшка, он ездил на табуреточке, и его поднимали по амвону.

Дело в том, что он заболел чем-то, и в больнице его положили на очень короткую койку. Священников тогда презирали,

как-то невнимательно к ним относились. Он долго лежал, согнув ноги в коленях, и в результате так и не смог их потом

вытянуть, поэтому приходилось ездить на табуреточке с колесиками.

«Сослуживцы нас за веру уважали»

– Вы военный батюшка, а самому вам пришлось послужить в армии?

– Я проходил службу на военно-морской базе в Кронштадте. Меня отправили служить в этот город, чтобы я не смог уйти в

церковь. Кронштадт находится на острове.

И мне так и сказали в военкомате: «Ты оттуда в церковь не пойдешь». Они очень боялись, что я поступлю учиться в духовную семинарию.

Поэтому как только я днем сдал последний экзамен в школе рабочей молодежи, вечером этого дня я уже садился в

автобус и уезжал в Ленинград, чтобы оттуда направиться на место своей воинской службы.

С собой мне дали два прошитых пакета с документами, один сказали отдать в Ленинграде в сборном пункте, а другой –

командиру нашей части. Видимо, в одном из пакетов были документы на меня. Тогда я еще не знал, где буду служить.

Около пяти часов утра автобус прибыл в Ленинград, в сборном пункте мне сказали прийти попозже. Я сразу пешком

пошел в Никольский морской собор. Он был уже открыт, и одна бабушка, узнав, что я иду в армию, с панихидного

столика дала мне маленькую иконку Святой Троицы. Я ее сумел сохранить во время службы, и она еще долго хранилась в

нашей семье.

Помню, мы шли по берегу Финского залива, потом отдыхали в траве, подошло судно, мы на нем все отплыли, и плыли как

будто мимо Кронштадта. А потом оказалось, что именно в нем нас и высадили. Я знал, что здесь служил святой

наши предки приходили за советами. Собор был снесен с лица земли, и на его месте поставили памятник Ленину.

Помню, когда отпускали в увольнение, я приходил на это место и встречал там верующих, которые знали отца Иоанна,

ходили в этот собор, указывали место, где похоронена его матушка. Могилу сровняли с землей. Интересно, что в том

уголке никогда не цвела сирень. Они многое рассказывали, иногда приглашали к себе домой.

– А как к верующим солдатам тогда относились командиры, сослуживцы?

– Сослуживцы нас за веру уважали. Среди нас были и католики (ребята из Литвы, поляки), и лютеране, и мусульмане. Много служило грузин, а они ведь тоже православные. Один парень, правда, доносил начальству, что я молитвы читаю.

Конечно, тогда ни о каких полковых священниках не могло быть и речи. В то время считалось, что больше у нас никакой

веры не будет, что это отжившее прошлое. Дурманом называли или опиумом. Хотя это неправильное понятие о русской

вере. Это на Западе экстазы и прочее существует. А православие – не «опиум», а трезвая вера.

– Отслужив в армии, вы стали готовиться в священники?

– Нет, не готовился, поскольку у меня не было музыкального слуха и данных для пения. В то время требовалось, чтобы

священники умели красиво петь и имели слух. Но я видел, как при Хрущеве стали закрываться один за другим храмы, и

решил: чтобы лишний замок не был на храме, пойду в священники. Тогда многие люди уже умерли, которые стояли за

строгое церковное пение. И мне сказали, что я могу быть священником.

У стен Троицкого собора, 1982 г.

У стен Троицкого собора, 1982 г.

Посвящен в диаконы я был на Вознесение Господне, и десять дней прослужил в

этом сане в Свято-Успенском Печерском монастыре. А потом, на Троицу, меня

рукоположили в псковском Троицком соборе в священника. И вокруг престола

меня водил отец Иоанн (Крестьянкин), будущий архимандрит, известный старец,

но в те времена его еще мало знали.

Шерстяная ряса с деревянными застежками

– Вас, начинающего священника, наставлял и другой известный

старец – отец Николай Гурьянов с острова Залит.

– Мы познакомились, когда я еще не был священником, просто трудился в

приходе, в Самолве, где около храма похоронен его отец. Несколько раз он

передавал через знакомых, чтобы я к нему приехал.

В то время расписание катеров было такое, что на острове можно было пробыть не более полутора часов.

В мой первый приезд батюшка примерно за пятнадцать минут дал мне очень

ценные рекомендации для диаконского служения, к которому меня готовили. Эти

рекомендации никто до отца Николая не догадался мне дать. Он не только

заботливо объяснял и показывал всё нужное для практики, но и меня заставлял

за ним повторять. Такое внимание очень тронуло меня и осталось в памяти

навсегда. Я стал часто приезжать к отцу Николаю. Подолгу оставался у него,

ночевал, старался всё фотографировать. Он показывал мне свои фотографии,

грамоты, стихи.

Присутствовал я и на литургиях, когда служил отец Николай. Служил он красиво,

хорошо, благодатно. Храм у него освещался только свечами и лампадами. Он сам

срезал электрическую проводку.

Со старцем Николаем Гурьяновым

Со старцем Николаем Гурьяновым

Запомнилось, как во время проскомидии, на которой была гора записок, я спросил, сколько частичек вынимать из

просфор. Он сказал, что в одной мучинке – миллион частичек. Но поминал он всех, обо всех молился. Много к нему

ездило народу, оставляли записки, и всех он помнил. Ходили к нему и мама моя, и тетя.

Однажды отец Николай показал моей тете записочку, которую она написала несколько лет назад. Значит, он продолжал молиться об этих душах.

Раньше клирос у него пел тихо, скромно, потому что было оскудение в верующем народе, и мало кто шел работать в

церковь. В советское время было даже запрещено звонить в колокола по церковному обычаю. Звонили либо в туман, либо

во время бедствий. Однажды был случай, когда во время чтения Евангелия зазвонил колокол. Мы с отцом Николаем

поразились, но оказалось, что где-то пожар.

Когда я трудился на одном заброшенном приходе, который из-за нехватки средств на ремонт должен был закрыться, отец

Николай старался оказать мне посильную помощь, даже если сам не имел средств. Например, он смастерил и подарил в

храм лампады, очень красивые, на цепях, искусно сплетенных из медной проволоки. Их было около десяти. К сожалению,

они не сохранились, так как я оставил их в том храме. Храм не отапливался. Зимой мне было там очень холодно, особенно

когда в родительский день приходил в четыре часа утра совершать проскомидию. Зная это, отец Николай подарил мне

свою особую зимнюю шерстяную рясу с деревянными застежками.

Помогал отец Николай и молитвами, и советами. Он не только мне лично говорил всё, что нужно, но, бывало, и через

кого-нибудь неожиданно передавал совет, как поступить. Причем другие об этом не знали. Батюшка чувствовал и

прозревал все мои трудности. Сейчас я также чувствую его молитвенную поддержку. Бывает, что, когда его поминаю, мне

идет помощь.

Шестая рота

Храм святого Александра Невского, настоятелем которого отец Олег Тэор служит больше двадцати лет, он буквально

вымолил вместе со своими прихожанами. Возведенный в начале XX века для расквартированного в Пскове Омского полка,

этот эффектный из красного кирпича храм, выстроенный в древнерусском стиле, в советское время был превращен в

армейский медицинский склад, и военные не спешили его возвращать Церкви.

Обезглавленный в советское время храм Александра Невского

Обезглавленный в советское время храм Александра Невского

Около двух лет отец Олег с уже появившейся общиной служил молебны возле стен храма и обходил его с крестным ходом.

Когда храм всё-таки вернули, президент Борис Ельцин прислал в дар новые колокола. И это было беспрецедентным

случаем: впервые после 1917 года глава государства подарил церкви колокола.

Многие бойцы легендарной 6-й роты Псковской Воздушно-десантной дивизии, погибшие в марте 2000 года в Чечне, были

прихожанами этого храма.

Храм Александра Невского

Храм Александра Невского

– Я узнал о гибели 6-й роты от военных. В наш храм привезли отпевать разведчиков из спецназа. И сопровождающие

сказали: «Скоро ваших привезут, из Псковской дивизии». Стало понятно, что с ребятами случилось что-то. Позже мы

узнали: они вступили в схватку с крупным отрядом чеченских боевиков. Сражались до последнего, почти все погибли.

Когда прибыл самолет с телами, мы поехали в аэропорт. В самолете служили панихиду. Повезли их в Троицкий

кафедральный собор. Там во время отпевания возле алтаря стоял чудотворный мироточивый образ царя-мученика

Николая II. Государь тогда еще не был прославлен, но как-то всё соединилось. Мы провожали лучших воинов России,

наших ребят, а Царь их встречал.

Число погибших в том страшном бою и их имена впервые узнали в храме Александра Невского, где на стене были

вывешены списки погибших. Родные десантников подходили и искали, нет ли там их близких. Прихожане храма во главе с

отцом Олегом собирали по всей России имена десантников и фотографии, открыли музей их памяти. Усилиями прихода

создан синодик с фотографиями павших солдат, датами их рождения и гибели. Ежедневно их имена, как и других погибших

воинов, поминают за службой. По инициативе отца Олега в храме Александра Невского, на его стенах установлены

памятные доски (по типу досок храма Христа Спасителя в Москве), где на золоте вписаны имена погибших воинов.

Неподалеку от храма открыт памятник-часовня в их честь.

Все эти годы прихожане храма Александра Невского поддерживают связь с родными героев-десантников. Каждый год в

день трагической гибели 6-й роты – 1 марта в Псков съезжаются их близкие и друзья, проходит панихида в храме и на

кладбище, потом все родственники собираются на поминальный обед в гарнизоне в Черехе, где служили ребята.

Золотые памятные доски погибшим псковским воинам в храме Александра Невского

Золотые памятные доски погибшим псковским воинам в храме Александра Невского

Все военные – атеисты?

– Отец Олег, в 1990-е годы вы были одним из первых священников, кто решил окормлять военных.

Поначалу наверняка трудно было находить с ними общий язык, налаживать общение?

– В то время я знал немало священников, которые говорили о необходимости пастырского окормления нашей армии. В

начале 1990-х в Пскове даже прошла конференция, на которую из различных уголков России приехали священники,

желавшие служить в армии. Помню, приезжал отец Дмитрий Смирнов, и другие. И мы тогда очень хорошо пообщались с

военными. Уже потом, несколько лет спустя, в Москве был создан Синодальный отдел по взаимодействию с

Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями.

Вообще в те годы военные никому особенно не были нужны. Воздушно-десантную дивизию, как она тогда называлась,

никто не окормлял – вот я и взялся за это дело. На работу с военными меня благословил наш правящий архиерей

митрополит Евсевий.

43

Когда говорят, что военные сплошь атеисты, это неправда, и я этому не верю. В середине 1990-х, когда наших десантников

начали посылать в Чечню, к нам приходили многие воины. Тогда, я помню, к нам стали ходить и их жены – писали

записочки о здравии. Многие из них бывали в храме каждый день. И их мужья и близкие оставались живы. А потом стали

приходить и командиры просить помолиться, чтобы их подчиненные возвращались с Кавказа живыми и здоровыми.

Мне приходилось возить гуманитарную помощь в Чеченскую республику. Тогда военных мало кто защищал, и их

проблемами большинство вообще не интересовалось. Я с прихожанами сам начал собирать и отсылать в Чечню всё, что

мог: носки, одежду, писчую бумагу (около тонны для писем родным), письменные принадлежности, продукты питания. К

нашему начинанию присоединялись верующие и из других регионов.

В Чечне

В Чечне

– Иногда приходится слышать, что священник в армии нужен только тогда, когда идут боевые действия и

необходимо поднять моральный дух солдат?

– Священник должен присутствовать в армии всегда. Надо напоминать людям о трезвении и говорить, что воины, как

никто другой, должны внимательно относиться к своему делу, быть начеку. Еще Александр Суворов говорил: хочешь мира

– готовься к войне. Поэтому у государства должна быть сильная, надежная армия. Бойцам всегда нужно это иметь в виду.

И потом, священник нужен в армии как отец, который иногда может решить духовный вопрос, который нередко не под силу решить и командиру.

Любой солдат, видя полкового священника, может поговорить с ним, обратиться с просьбой, и часто священник эти

просьбы выполняет. Да и в делах житейских старается помочь.

Вот, например, одному нашему семейному солдату надо было решить квартирный вопрос. Но младший командир не

отпускал его в увольнение. Пришлось вмешаться полковому священнику, и этот вопрос благополучно разрешился. Солдат

смог оформить все документы и вернулся в часть.

Спасибо за сына

На адрес псковского храма святого Александра Невского часто приходят благодарные письма от солдат, от их матерей. Вот одно из них:

«Быть матерью солдата-срочника непросто. Твое сердце делится на две половинки: одна остается в груди, а вторая

путешествует вместе с сыном: из военкомата в призывной пункт, с вокзала до места службы и дальше. Оно болит и

тревожится чаще обычного: когда долго нет весточки, когда приходят тревожные вести из горячих точек, когда ждешь,

что сегодня-завтра твой возмужавший ребенок будет лететь с парашютом на высоте птичьего полета.

Мой сын Денис никогда не мечтал о карьере военного, занимался музыкой, пел в городской капелле и церковном хоре и

хотел поступить в духовную семинарию. Но после окончания промышленного колледжа попал в армию. Мы провожали его

с Воронежского железнодорожного вокзала среди таких же родителей, девушек и друзей новобранцев. Этот солнечный

июньский день остался в памяти на всю жизнь… То ли вздох, то ли стон охватил единым порывом людей, провожающих

своих близких – все пришедшие на перрон плакали, не стесняясь, и махали руками вслед уезжающему составу, а в окошках

вагонов мелькали лица призывников – лысых, в одинаковой одежде, с испуганными глазами.

«Что же такое армия, если детей провожают как на войну?» – думала я. Мне было страшно, потому что мой сын сделал

свой первый серьезный шаг во взрослую жизнь.

Денис попал в 76-ю гвардейскую десантно-штурмовую Черниговскую Краснознаменную ордена Суворова дивизию. В тот

самый легендарный 104-й полк, откуда ушла в бессмертие шестая рота, погибшая в ночь на 1 марта 2000 года в

Аргунском ущелье. С большой радостью я узнала, что у сына есть возможность служить в псковском храме святого

благоверного князя Александра Невского, что он познакомился с исключительным человеком – настоятелем храма

протоиереем Олегом Тэором. Он окормляет, поддерживает псковское воинство, рассказывая в проповедях и беседах о

подвижнической жизни лучших воинов – сынов древней Руси.

Так на земле псковской нарабатывается совершенно уникальный опыт тесного сотрудничества армии и Православной

Церкви. В храме Александра Невского многие военнослужащие принимают Таинство Святого Крещения, венчаются со

своими избранницами, крестят новорожденных и отпевают усопших. А перед парашютными прыжками служащие

псковской десантной дивизии приходят в воинский храм, чтобы получить пастырское благословение.

У стен храма Александра Невского принимают присягу псковские военнослужащие. И во всех крестных ходах от храма

хоругви и иконы торжественно несут солдаты, матросы и пограничники из частей, дислоцированных в Пскове.

Мне хочется глубоко, от всего сердца поблагодарить отца Олега за поддержку, которую он оказывает «птенцам»,

вылетевшим из домашнего гнезда. Он помогает новобранцам войти в колею, укрепить дух и обрести себя. Простите за

патетику, но он стал духовным отцом моего сына. Денис его искренне любит. Благодаря ему он принимает участие в

религиозных службах и праздниках, посещает святые места Псковской губернии, поет в церковном клире. А главное то,

что он исполняет свой гражданский и христианский долг с радостью и светлой верой в сердце. Благодаря молитвам отца

Олега он бросил курить и готовится поступать в Воронежскую духовную семинарию после службы в армии. На его счету

уже семь прыжков с парашютом, он окреп физически и духовно».

Где хранится Ветхий Завет Николая II

Много духовных чад у священника и среди «штатских». «Меня не станет – будете ходить к отцу Олегу. Мы с ним одной

крови» – так напутствовал своих духовных дочерей и сыновей в последние годы жизни старец Николай Гурьянов с

острова Залит.

За молитвой и советом к отцу Олегу сегодня съезжаются не только со всей страны, но и из-за ее пределов. Иногда

случается такой наплыв паломников, что они ночуют в храме. У отца Олега для этого случая припасены подушки и

матрасы, которые расстилаются прямо на полу (благо, что размеры храма это позволяют). Многие потом возвращаются

сюда снова и снова, чтобы потрудиться во славу Божию и пообщаться с таким удивительным священником.

Отец Олег исходил пешком весь Псковский край, он один из лучших знатоков его истории и святынь. И необыкновенный

рассказчик. Ежегодно он проводит духовно-исторические Александро-Невские чтения. Издает материалы по истории

Церкви и краеведению. Собрал уникальную библиотеку – более 40 тысяч книг на духовные и исторические темы. Она

открыта для доступа всем желающим. Организовал при храме музей с уникальными реликвиями и документами. В самом

храме хранится более 70 частиц святых мощей, личный Ветхий Завет императора Николая II, ряса святого Иоанна

Кронштадтского, Евангелие, положенное в гроб святителя Иоанна Шанхайского при его похоронах и находившееся в

гробе 28 лет.

Вместе со своими прихожанами и паломниками отец Олег собирает по камешку «Святой холм», место ему определено

возле храма Александра Невского, на холме – крест. Здесь лежат камни, которые были подняты водолазами со дна реки

Ижоры, с того места, где Александр Невский одержал свою первую победу. Здесь также земля и камни из Алапаевска, из

Ганиной ямы, привезенные одним монахом из Екатеринбурга, из Левашевской пустыни под Питером, с Бутовского

полигона под Москвой. Здесь же камни от разрушенных храмов. Сюда привозят камни и землю из родных мест и с мест

гибели воинов Псковского гарнизона. Складывают под опалубку и камни с тех мест, где было явлено какое-либо чудо.

Протоиерей Олег Тэор вместе со своей общиной восстанавливает сразу несколько псковских храмов – это военно-морской

храм святителя Климента Римского, а также колокольня со святыми воротами, храм Пантелеимона целителя и ряд других

строений в бывшем древнем Пантелеимоновском монастыре. И храм Илии Пророка XV века в Выбутах, недалеко от

Пскова, на родине святой княгини Ольги.

Сегодня этот православный приход остро нуждается в финансовой помощи благотворителей в деле восстановления

уникального историко-архитектурного комплекса, относящегося к этому храму. Это – казармы Омского полка постройки

начала XX века, которые признаны объектом культурного наследия регионального значения. Полк был сформирован

когда-то самим Кутузовым и имел много славных побед. Для его расквартировки в Пскове были построены несколько

добротных красивых домов. С началом революционных событий Омский полк был вынужден распасться. Сегодня о его

славной истории напоминают лишь сохранившиеся в Пскове краснокирпичные здания казарм и штаба, и, конечно же,

храм святого князя Александра Невского.

После реконструкции казарм Омского полка здесь откроется культурно-просветительский центр с воскресной школой,

хоровыми классами, актовым залом, трапезной для паломников и детей из малоимущих семей. Сюда же планируется

перевести библиотеку с общедоступным читальным залом. Также здесь расположится музей боевой славы, где будут

находиться личные вещи, оружие, награды и портреты погибших псковских воинов.

 С Днем защитника Отечества!!

Пусть вашу жизнь освещает слава побед российской армии, сила и мощь русского оужия, любовь и преданность своей Отчизне.

Крепкого вам здоровья, стойкости, чтобы с честью преодолевать все жизненные преграды, душевного равновесия в любой ситуации,

ну, и конечно:  "....любящих жен, гениальных идей, ярких эмоций, любви, вдохновенья,. Жизни счастливой и верных друзей!"...))

Помощи вам Божией во всех ваших благих делах!

 


« Предыдущая страница  |  просмотр результатов 1-10 из 20  |  Следующая страница »
Интернет-магазин икон "Главикона.ру"

Помогите Машеньке